Россия почти сутки гнала сотни дронов на запад Украины: железная дорога, предприятия и граница с Польшей

Россия 12–13 сентября 2026 почти без паузы атаковала Украину сотнями воздушных целей. Формулировка «ночная атака» здесь уже плохо работает: первые большие группы шли ещё днём, затем появились новые, вечером их становилось больше, ночью налёт продолжился, а утром на западе Украины снова звучали взрывы.

Автор: Редакция NAnews

Особенно заметно изменилась география. Волынь, Ровенщина, Львовская, Хмельницкая, Тернопольская и Ивано-Франковская области — тот самый украинский запад, который долго считался относительно более спокойным тылом, — оказался одним из главных направлений налёта. Били по железной дороге, предприятиям, энергетической и другой инфраструктуре. Некоторые маршруты проходили уже совсем недалеко от Польши.

И тут важна не одна эффектная цифра «сколько дронов запустили». В Луцке удар пришёлся по железнодорожной инфраструктуре и пассажирскому составу. На Ровенщине разрушено предприятие. В Хмельницкой области после падения обломков загорелся объект. Утром тревожно было в Стрые и Ивано-Франковске. Польские военные тем временем усиливали наблюдение за собственным воздушным пространством.

Получилась длинная воздушная операция, растянутая почти на сутки. И, похоже, именно длительность здесь не менее важна, чем количество целей.

410 дронов днём — и атака не закончилась

С цифрами этих суток нужно обращаться аккуратно. Воздушные силы Украины публиковали несколько оперативных сообщений, каждое — за свой временной отрезок. Поэтому просто взять все числа, сложить их и объявить, что Россия запустила «почти тысячу дронов», было бы красиво, но неправильно.

По данным Воздушных сил, с 06:30 до 18:00 12 сентября Россия применила 410 ударных беспилотников, среди них были и реактивные аппараты. Украинская ПВО сообщила о нейтрализации 336 целей. Зафиксировали попадания 21 беспилотника, а к 18:00 в воздушном пространстве Украины ещё оставались десятки российских аппаратов и заходили следующие группы.

То есть вечер начался не после завершившейся атаки. Он начался внутри неё.

Дальше пошла следующая волна. К утру 13 сентября в новой оперативной сводке фигурировали уже 453 воздушные цели разных типов: Shahed, «Гербера», имитаторы, реактивные аппараты и S8000 «Бандероль». Пуски шли из нескольких районов России, оккупированного Крыма и района Азовского моря.

К 08:00 сообщалось о 409 сбитых либо подавленных целях: 405 дронов нескольких типов и четыре S8000. Попадания фиксировали на 13 локациях, падение обломков — ещё на семи. И даже эта сводка не означала точку: налёт продолжался.

Поэтому правильнее говорить не о двух отдельных атаках — дневной и ночной, — а о серии волн, которые накладывались одна на другую. Люди на западе Украины это и почувствовали: тревога закончилась, проходит немного времени — новая группа, опять тревога, снова работа ПВО.

Луцк. На этот раз удар пришёлся по железной дороге

Днём 12 сентября российский беспилотник ударил по железнодорожной инфраструктуре в Луцке. Сообщалось и о повреждении пассажирского вагона, возник пожар. Самое важное — людей успели вывести.

«Укрзалізниця» заявила, что её мониторинговая группа заранее отследила угрозу и пассажиров эвакуировали до удара. Поэтому история, которая могла закончиться десятками жертв прямо на вокзале, обошлась без погибших среди пассажиров.

Но сам выбор цели случайным уже назвать трудно. Россия всё чаще бьёт по украинской железной дороге — по станциям, локомотивам, депо, тяговой инфраструктуре, составам.

НАновости уже писали о российском ударе по пассажирскому поезду в Одесской области. Там в составе находились сотни людей. Пассажиры выжили, а машинист и его помощник погибли.

Железная дорога в Украине вообще давно больше, чем транспорт. По одним и тем же путям едут семьи, военные в отпуск, гуманитарные грузы, промышленная продукция, оборудование, техника. Поезда вывозят людей из опасных районов и связывают восток страны с западной границей.

Россия это прекрасно понимает. Поэтому удар по железной дороге — одновременно удар по гражданскому движению, экономике и логистике.

Ровенщина, Хмельнитчина, Стрый: война уходит всё дальше на запад

На Ровенщине атака тоже не выглядела как один случайный прилёт. В Сарненском районе было разрушено предприятие. По первоначальным данным областных властей, людей там не убило. В течение этих же суток сообщалось об ударе по АЗС, а часть Дубно и населённых пунктов Ровенского района оставалась без электричества.

В Хмельницкой области российские цели шли ещё утром 13 сентября. Работала ПВО, после падения обломков на территории одного из предприятий начался пожар. На момент первых сообщений данных о погибших не было.

Стрый во Львовской области тоже оказался под атакой. Местные власти просили жителей не покидать укрытия, появилась информация о попадании в многоквартирный дом. Детали последствий ещё уточнялись, и тут как раз лучше не спешить: в первые часы после массированных налётов информация из городов меняется очень быстро.

В Ивано-Франковске работала ПВО, местные власти сообщали о пострадавшем. На некоторое время ограничения коснулись транспорта и района вокзала.

На карте эти города выглядят иначе, чем в обычной новостной ленте. Стрый — важный узел южнее Львова. Волынь примыкает к Польше. Ровенская и Хмельницкая области лежат на направлениях между центральной частью Украины и западной границей. Ивано-Франковск — уже глубоко на западе страны.

Ещё несколько лет назад сюда переносили производство именно потому, что до российского фронта далеко. Склады, ремонтные площадки, предприятия, жильё для переселенцев. Теперь расстояние постепенно перестаёт быть страховкой.

Для израильтянина тут есть очень знакомая проблема

НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency

В Израиле к словам «массированный воздушный удар» относятся без академических объяснений. Мы хорошо знаем: проблема ПВО начинается не в тот момент, когда летит одна ракета. Она начинается, когда одновременно появляются цели разного типа и разной скорости, идут с разных направлений и заставляют выбирать — чем стрелять, когда стрелять и что вообще сейчас опаснее.

Украина сталкивается с похожей задачей, только над намного большей территорией. Shahed медленный. Реактивная цель уже другая история. Баллистика — ещё другая. Ложные цели дополнительно забивают радары и заставляют расчёты тратить внимание.

И расстояния там огромные. Израильская система может концентрировать средства вокруг относительно компактной страны; Украине приходится прикрывать Киев, Одессу, Днепр, Харьков, энергетические объекты, железную дорогу — и теперь всё чаще глубокий запад.

Это не значит, что каждый российский дрон обязательно летит к важной цели. Не обязательно. Часть аппаратов нужна именно для перегрузки системы, часть меняет маршрут, какие-то не долетают. Но обороне всё равно приходится реагировать.

В этом и смысл массы.

«Бандероль» — уже не обычный Shahed

Отдельно в утренней статистике появились четыре уничтоженные S8000 «Бандероль». Здесь легко запутаться в названиях: в оперативных сообщениях такие цели могут упоминаться рядом с реактивными беспилотниками, тогда как украинская военная разведка относит S8000 к малогабаритным крылатым ракетам.

Это принципиальная разница.

По данным ГУР Украины, разработчиком S8000 считается российская компания «Кронштадт». Аппарат длиной около пяти метров использует реактивный двигатель, способен развивать скорость порядка 600 км/ч и имеет дальность примерно до 500 километров. В конструкции украинские специалисты обнаруживали иностранные электронные компоненты.

То есть слышать его и реагировать на него так, как иногда реагируют на медленно идущий Shahed, уже не получится.

НАновости ранее разбирали применение «Бандеролей» при российском ударе по Печенегам. Тогда это название ещё выглядело для многих чем-то новым. Сейчас оно всё чаще появляется в оперативных сводках.

И вот это действительно неприятная тенденция. Россия не просто увеличивает число дронов, она смешивает в одном налёте аппараты с разными характеристиками. Для ПВО такая смесь куда сложнее, чем сотня одинаковых целей.

Польша вынуждена смотреть на украинское небо почти как на своё

Когда основные маршруты российских аппаратов сдвигаются в сторону Львовской и Волынской областей, Польша автоматически становится частью этой истории. Даже если ни одной российской цели польскую границу не пересекло.

Утром польские военные усиливали контроль воздушного пространства и задействовали авиацию для наблюдения за ситуацией. Это превентивные меры, и Варшава именно так их обычно описывает.

Но причины понятны. Между украинским объектом у границы и территорией страны НАТО иногда всего несколько десятков километров. Повреждение аппарата, ошибка навигации, резкое изменение курса — времени на реакцию остаётся немного.

В районе пункта пропуска «Ягодин» ночью появлялись сообщения об ударе по АЗС и пожаре рядом с украинско-польской границей. Тут пока осторожно: на момент первых публикаций полной официальной картины не было. Поэтому утверждать, будто целью был именно международный пункт пропуска, нельзя.

Сам Ягодин всё равно важен. Это один из украинских коридоров в Польшу, через который идёт большой поток транспорта и грузов. Любые удары в таком районе — уже вопрос не только местной инфраструктуры.

Не фронт. Но и тылом это уже назвать трудно

Если собрать события этих суток не по областям, а по тому, куда пришлись удары, список довольно характерный: железная дорога, предприятия, энергетика, АЗС, жилые дома, критическая инфраструктура.

Раньше подобная география позволяла сказать: Россия пытается разрушать украинский тыл. Сейчас само слово «тыл» начинает звучать условно.

НАновости уже обращали внимание на удары по украинской гражданской и экономической инфраструктуре. Магазины, склады, почтовые объекты, производство — это не красивый фон войны, а механизм, на котором страна вообще продолжает жить.

В нынешней атаке к этому добавилась ещё одна вещь: продолжительность.

Можно сбить первую сотню целей. Потом вторую. Но расчёты ПВО работают часами, технику нужно перезаряжать, людям надо отдыхать, новые цели уже заходят с другого направления. Пока в одном регионе считают последствия прилёта, в другом снова объявляют тревогу.

Похоже, Россия всё активнее использует именно такую логику — не дать системе нормально закончить одну атаку до начала следующей.

И запад Украины в этой схеме становится всё важнее. Там проходят дороги в Европу, стоят предприятия, через запад едут поезда, идут грузы, работают энергетические и логистические узлы. До Польши недалеко. До фронта далеко — но это уже не спасает.

Для Украины это означает необходимость растягивать ПВО ещё сильнее. Для Польши — всё чаще смотреть на российские цели над соседней страной как на возможную угрозу себе.

А для России, судя по нынешним суткам, задача довольно понятна: заставить украинскую систему обороны всё время выбирать, что защищать первым.

И выбор этот становится всё тяжелее.