18 октября 2026 года премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху публично обвинил Россию в сотрудничестве с Ираном вопреки израильским интересам и заговорил об антисемитских сетях ботов, действующих против еврейского государства. На том же брифинге он упомянул украинские удары по инфраструктуре российского «Яндекса» и заявил, что после них исчезло 60% определённой интернет-активности, исходившей от российских структур, работавших против Израиля.
Автор: Александр Хмельницкий
Заявление прозвучало в Иерусалиме во время представления новой концепции национальной безопасности Израиля. Брифинг в канцелярии премьер-министра был назначен на 10:00. В тот же день правительство опубликовало основные положения доктрины, подготовленной при участии Совета национальной безопасности Израиля (МАЛАЛ — структуры при канцелярии премьер-министра). Это был разговор не только об Иране и ракетах: Нетаньяху включил международную информационную борьбу в число десяти принципов защиты страны.
Негласный запрет снят? Почему израильские политики заговорили о России перед выборами
Чем ближе выборы 27 октября, тем чаще возникает вопрос, который задают в том числе сами израильтяне: почему партии и политические блоки, претендующие на власть, так долго обходили стороной сотрудничество путинской России с Ираном — государством, представляющим прямую угрозу Израилю? Почему эта связь до сих пор почти не становилась предметом открытого предвыборного разговора?
НАновости уже обращали внимание на первые изменения. 16 сентября Яир Лапид прямо назвал Россию союзником Ирана и пообещал значительно расширить помощь Украине в случае возвращения к власти. Затем, 1 октября депутат Гилад Карив из партии «Демократы» после похорон 14-летнего израильтянина Даниэля Уманского, погибшего от российской атаки на Киев, потребовал, чтобы Израиль встал на сторону граждан Украины.
Теперь, 18 октября, о российском сотрудничестве с Ираном и антисемитских ботах заговорил уже сам Нетаньяху — действующий премьер и лидер «Ликуда».
Получается примечательная последовательность: сначала Лапид, затем представитель «Демократов», теперь Нетаньяху. Словно существовавшее в израильской политике негласное табу на прямой разговор о действиях Москвы постепенно исчезает. Никакого официального запрета, официально, не существовало, но политическая осторожность была хорошо заметна.
Я не удивлюсь, если за оставшиеся дни кампании подобные заявления начнут сыпаться как из рога изобилия. После слов действующего премьер-министра другим политикам будет всё труднее делать вид, что российско-иранское сотрудничество — вопрос, не имеющий отношения к безопасности Израиля.
Но заявления — это ещё не политика. Теперь интересно услышать от партий и блоков не только оценки действий путина, но и конкретные предложения: что Израиль намерен делать с российским влиянием внутри страны, как собирается реагировать на военную помощь Ирану и какое место отводит Украине в собственной стратегии безопасности?
Россия и Иран: что Нетаньяху сказал о путине
Во время ответов на вопросы журналистов премьер остановился на отношениях с Москвой. По сообщению присутствовавшего на брифинге журналиста Srugim Йоси Бен-Атара, Нетаньяху заявил, что сотрудничество России с Ираном во время войны в Украине противоречит интересам Израиля.
Он не объявил о прекращении контактов с кремлём. По словам премьера, с путиным он разговаривает по необходимости, разногласия Израиль высказывает российской стороне прямо, а взаимодействие продолжается там, где сохраняются общие интересы. Прежняя дипломатическая линия, таким образом, не отменена. Новое в другом: обвинение Москве прозвучало публично, в контексте национальной безопасности.
Для Израиля российско-иранская связь не ограничивается дипломатическими заявлениями. В сентябре НАновости подробно разбирали программу C430L, о которой сообщила Financial Times: российские специалисты помогали Ирану работать над технологией сверхзвуковых крылатых ракет. Это конкретный пример того, почему военное сотрудничество Москвы с Тегераном имеет значение для израильской безопасности, независимо от текущего состояния контактов Нетаньяху с путиным.
«Самый грубый антисемитизм»: российские сети ботов против Израиля
Отдельно премьер упомянул кампании в интернете. Srugim приводит его слова на иврите: «יש רשתות, מהלך של בוטים נגד מדינת ישראל באנטישמיות הכי גסה שיכולה להיות». Перевод: «Есть сети, деятельность ботов против Государства Израиль с самым грубым антисемитизмом, какой только может быть».
Важен контекст ответа: речь шла именно о претензиях к России, которые Израиль, по словам Нетаньяху, предъявляет Москве. Это не означает, что любой антиизраильский аккаунт управляется из России. Премьер говорил о существовании организованных сетей и об их деятельности против Израиля.
Боты — программы, автоматически публикующие сообщения, рассылающие комментарии или выполняющие действия на сайтах. В информационных кампаниях к ним могут добавляться подставные аккаунты, которыми управляют люди. Вместе они способны создавать ложное ощущение массовой поддержки определённой позиции, продвигать антисемитские лозунги и разжигать конфликты в уже напряжённом обществе.
«Яндекс» и 60%: точный момент на записи выступления
Фраза о «Яндексе» прозвучала в восьмом принципе доктрины — борьбе за общественное сознание, или, на иврите, מאבק על התודעה. Нетаньяху сказал, что противники Израиля используют социальные сети и что государству необходимо создавать собственные средства противодействия, в том числе с применением искусственного интеллекта.
Затем он привёл пример украинской атаки на объект российского «Яндекса». Премьер заявил об исчезновении 60% активности, исходившей от российских структур, действовавших против Израиля, и добавил, что этот эпизод показывает силу воздействия на цифровую инфраструктуру.
Этот фрагмент есть в видеозаписи выступления, начиная с 42:17; само упоминание «Яндекса» звучит ближе к 43-й минуте. В автоматической транскрипции слово, обозначающее тип активности, распознано неразборчиво. Поэтому точнее передавать прозвучавшую оценку как «60% активности», не подменяя её утверждением о 60% всех антиизраильских публикаций в мире.
Что произошло с российскими дата-центрами
В период 7–11 октября украинские беспилотники, согласно сообщениям о серии атак, поразили несколько центров обработки данных «Яндекса» в России. Упоминались объекты в Сасове Рязанской области, Калужской и Владимирской областях. Остановки сервисов затронули пользователей и предприятия, зависящие от российской облачной инфраструктуры: от цифровых платежей и транспорта до других интернет-служб.
12 октября президент Украины Владимир Зеленский связал удары с заметным, по его оценке, уменьшением враждебной активности и провокаций в социальных сетях. 18 октября Нетаньяху привёл эту историю уже в рамках собственной концепции безопасности Израиля.
Техническую сторону сбоев 14 октября описала Cloudflare. Компания зафиксировала резкое падение трафика поисковых роботов «Яндекса» и изменения в работе автоматизированных запросов из облачной сети, часть которых переместилась к другим провайдерам. Эти данные относятся к сетевому трафику, а не к опубликованному перечню конкретных антисемитских аккаунтов. Нетаньяху в своём выступлении не назвал методику подсчёта упомянутых им 60%.
Для израильского читателя важно ещё одно пояснение: «Яндекс» — не только поисковик. Это крупная российская технологическая экосистема с облачными мощностями и множеством зависимых сервисов. Поэтому удар по дата-центру может отражаться далеко за пределами одного сайта. При этом из заявления Нетаньяху не следует, что Израиль участвовал в украинских атаках или координировал их.
Почему информационная война вошла в доктрину безопасности
НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency
Объявленный восьмой принцип связан с проблемой, которая в Израиле обсуждается уже не первый год. В июле НАновости анализировали доклад Государственного контролёра Матаниягу Энгельмана о противодействии иностранному влиянию в цифровом пространстве. В нём, среди прочего, указывалось на недостаточную межведомственную координацию и отсутствие единой, полностью работающей системы ответа на такие операции.
Именно при участии МАЛАЛ и его руководителя Шмуэля Бен-Эзры, как сообщила канцелярия премьера, подготовили новую концепцию. Если восьмой принцип получит практическое продолжение, вопрос будет не только в распознавании фейков, но и в том, кто отвечает за защиту граждан, работу с платформами и применение ИИ.
Десять принципов: Израиль больше не хочет ждать первого удара
Нетаньяху начал выступление с пересмотра представлений о защите страны после нападения ХАМАС 7 октября 2023 года. В традиционной израильской системе большое место занимали сдерживание, разведывательное предупреждение и отражение атак. Теперь премьер делает упор на предотвращение угроз и инициативные действия, включая внезапный упреждающий удар.
Представленные десять принципов охватывают недопущение ядерного оружия у противников Израиля, сдерживание, разведывательное предупреждение, инициативу и военную хитрость, оборону границ и тыла, международные союзы, технологическую и промышленную самостоятельность, борьбу за общественное сознание, достижение победы и укрепление внутренней устойчивости общества. Над ними премьер поставил общее требование: превосходство Израиля в военных возможностях, а не надежду на неизменность намерений соседей.
В перечне угроз он назвал ядерное оружие, точные и баллистические ракеты, беспилотники и их рои, кибератаки, искусственный интеллект и квантовые технологии, незаконное оружие внутри страны, террор, угрозы с границ и международные попытки изоляции Израиля. Отдельно подчеркнул риск небольших дронов, запускаемых не только извне, но и с израильской территории.
Для защиты премьер говорил о буферных зонах в Газе, Ливане и Сирии, строительстве заграждений и усилении восточной границы — от реки Ярмук до Эйлата. Буферная зона в данном контексте означает территорию, где Израиль стремится отодвинуть вооружённые формирования от своих населённых пунктов. В отношении Иудеи и Самарии — так в Израиле официально называют Западный берег реки Иордан — он упоминал меры против вооружённых группировок и незаконного оружия.
Иран: от предотвращения ядерной угрозы к цели смены режима
Премьер назвал Иран центральной угрозой и заявил, что предпринятые израильские операции отдалили опасность создания иранского ядерного оружия и ослабили поддерживаемые Тегераном силы в регионе. Это его оценка результатов войны, а не объявление об окончательном исчезновении иранских возможностей.
Во время брифинга Нетаньяху пошёл дальше. Согласно Srugim, он заявил, что поручил органам безопасности работать ради падения иранского режима. На вопрос о позиции Вашингтона премьер ответил, что цели, которые он ставит, не зависят от американского согласия и Израиль при необходимости может действовать самостоятельно.
На самом выступлении он также говорил о необходимости окончательно ослабить ХАМАС и «Хизбаллу». Для израильтян здесь принципиальна разница: удар по иранским военным объектам, предотвращение ядерной программы и смена политического режима — разные цели с разными последствиями. Нетаньяху объединил их в одной стратегической картине, но не назвал дату новой операции.
Турция, Трамп и две региональные оси
Помимо иранской оси Нетаньяху выделил ещё один региональный блок, который, по его словам, формируется вокруг Турции и президента Реджепа Тайипа Эрдогана. Премьер предупредил о риске сближения этих направлений и о необходимости искать союзников среди государств, также обеспокоенных изменением баланса сил.
Отвечая на вопрос Srugim, он признал разногласия с президентом США Дональдом Трампом по Турции. Нетаньяху рассказал, что израильские действия помешали расширению турецкого военного присутствия на один из аэродромов в Сирии, и выразил надежду избежать прямого столкновения с Анкарой.
Это уточнение важно: союз с Вашингтоном остаётся одним из оснований израильской безопасности, но премьер прямо признаёт, что американские и израильские интересы не всегда идентичны. Параллельно он призывает развивать новые региональные партнёрства.
450 миллиардов шекелей, собственное оружие и искусственный интеллект
Отдельный блок выступления был посвящён цене новой доктрины. Нетаньяху говорил о сумме, приближающейся к 450 миллиардам шекелей, в связи с дополнительными оборонными расходами и будущим развитием сил. Он не представил на брифинге подробной разбивки этой суммы по годам и проектам.
Премьер настаивает, что Израиль должен самостоятельно производить больше боеприпасов и вооружений, укреплять защищённые производственные мощности, сокращать зависимость от иностранных поставщиков и входить в число ведущих стран в сфере искусственного интеллекта, кибербезопасности и квантовых технологий. В качестве примера стремительного изменения оружейного рынка он упомянул американскую компанию Anduril и новые разработки в области беспилотных систем.
В той же части брифинга он затронул безопасность гражданской авиации: после истории с Flydubai говорил о необходимости дополнительных проверок экипажей и международной координации. Это был отдельный вопрос журналистов, не связанный с российскими ботами.
Брифинг за девять дней до выборов и реакция оппозиции
Выступление проходило на фоне назначенных на 27 октября выборов в Кнессет — парламент Израиля. Ещё перед мероприятием возник спор о доступе журналистов: как сообщило News1, часть военных корреспондентов не получила приглашений, а Итай Блюменталь из Kan и Ницан Шапира из N12 заявили, что не придут на брифинг. Они критиковали избирательный порядок приглашений.
После публикации доктрины бывший начальник Генштаба ЦАХАЛа и оппозиционный политик Гади Айзенкот раскритиковал документ как набор предвыборных лозунгов. Это его политическая оценка; канцелярия премьера, со своей стороны, представила концепцию как итог обновления стратегии после нападения 7 октября и последовавшей войны.
Поэтому важно различать два события одного дня: содержательное объявление новой доктрины безопасности и политическую полемику вокруг того, почему её представили именно сейчас. Вопросы к срокам публикации не отменяют содержания заявлений о России, Иране и информационных операциях.
Что выступление означает для отношений Израиля, Украины и России
Украина сталкивается с российскими ракетами, дронами и атаками по гражданской инфраструктуре. Израиль — с угрозами со стороны Ирана, ХАМАС, «Хизбаллы» и других вооружённых сил региона. Российско-иранское сотрудничество создаёт между этими конфликтами прямую технологическую и политическую связь: вооружения, разведывательные данные, инженерные решения и опыт их применения не остаются в пределах одной войны.
Иранские Shahed и связанные с ними технологии оказались в российской войне против Украины, а российские разработки и специалисты помогают военным программам Тегерана. До сих пор эта взаимозависимость была прежде всего предметом расследований и заявлений Киева. Брифинг 18 октября добавил к ней прямые публичные слова израильского премьера.
При этом Нетаньяху не объявил Россию официальным врагом, не сообщил о прекращении переговоров с путиным, о новых санкциях или о военном участии Израиля на стороне Украины. Практические решения в этих сферах ещё предстоит оценивать отдельно. Я бы не называл произошедшее разрывом с Москвой. Но и сводить его к очередной дипломатической оговорке нельзя: российско-иранская связь и антисемитские сети теперь прямо названы премьером среди проблем безопасности Израиля.
Для израильтян главный вопрос после этого выступления вполне конкретен: последует ли за признанием угрозы работающая система противодействия иностранным информационным операциям и изменится ли политика Иерусалима в отношении Москвы? Для Украины не менее важно, что её удары по российской цифровой инфраструктуре прозвучали в речи главы правительства Израиля как пример силы воздействия на противника.
18 октября Нетаньяху сохранил дипломатический канал к путину, но перестал обходить молчанием две темы: сотрудничество России с Ираном и деятельность российских антисемитских сетей против Израиля. Именно это, а не неподтверждённые догадки о следующих шагах Иерусалима, составляет смысл его заявления.