Украина и Израиль среди пяти наименее мирных стран мира: Россия на последнем месте — что на самом деле показал Global Peace Index 2026

Украина заняла 160-е место из 163 в Глобальном индексе мира за 2026 год. Израиль оказался на одну строчку выше — 159-м. А Россия опустилась на последнее, 163-е место. Цифры опубликованы в исследовании Institute for Economics & Peace, которое вновь привлекло внимание украинских СМИ 8 октября. Но за соседством Украины и Израиля скрываются совершенно разные войны, разные причины угроз и один неудобный вопрос: можно ли вообще измерить мир одной цифрой, не перепутав агрессора с тем, кто от него защищается?

Автор: Редакция НАновости

Пять стран в конце рейтинга. И пять разных историй войны

В июне 2026 года международный Институт экономики и мира (Institute for Economics & Peace, IEP) представил очередной Global Peace Index — ежегодное исследование уровня миролюбия стран. Оно охватывает 163 государства и территории и учитывает не только вооружённые конфликты, но также общественную безопасность, политическую нестабильность, терроризм и милитаризацию.

Нижняя пятёрка выглядит так:

• Россия — 163-е место, индекс 3,367.
• Судан — 162-е место, индекс 3,195.
• Демократическая Республика Конго — 161-е место, индекс 3,189.
• Украина — 160-е место, индекс 3,184.
• Израиль — 159-е место, индекс 3,124.

Чем выше числовой показатель, тем ниже уровень миролюбия по методике исследования.

Судан переживает гражданскую войну, начавшуюся в апреле 2023 года. В Демократической Республике Конго продолжаются вооружённые столкновения, сопровождающиеся гуманитарным кризисом и массовым перемещением населения. Украина пятый год сопротивляется полномасштабному российскому вторжению. Израиль после террористического нападения ХАМАСа 7 октября 2023 года оказался втянут в продолжительное региональное противостояние.

Россия находится в этом списке по принципиально иной причине. Именно российское руководство приняло решение о полномасштабном вторжении в Украину 24 февраля 2022 года, продолжив агрессию, начатую в 2014-м. Но сам рейтинг не устанавливает виновников войн. Для этого существуют факты, документы и международно-правовые оценки.

Именно здесь возникает первая проблема с громкими заголовками о «самых немирных государствах». Они объединяют в одной категории страны, в которых происходят войны, но ничего не говорят о том, кто эти войны начал.

Почему нельзя называть этот список рейтингом самых опасных стран

Global Peace Index использует 23 показателя, объединённых в три группы: общественная безопасность, внутренние и международные конфликты, милитаризация. В расчёт входят количество погибших в конфликтах, вынужденное перемещение людей, политическая нестабильность, отношения с соседями, военные расходы, численность вооружённых сил и другие факторы.

Для израильского читателя здесь важно различать два понятия. Первое — битахон (ביטחון), безопасность, которую обеспечивают государство, армия, полиция и система гражданской обороны. Второе — мир как отсутствие или ограниченность насилия и вооружённых конфликтов. Сильная армия может повышать способность государства защищаться, но одновременно высокая военная нагрузка отражается на его месте в индексе.

Поэтому 159-е место Израиля не означает, что в каждой израильской местности опаснее, чем в любой другой стране. Точно так же 160-е место Украины не описывает одинаковым образом обстановку в Ужгороде, Киеве и прифронтовом Херсоне.

Индекс показывает общую картину государства. Он не заменяет карту воздушных тревог, рекомендации Командования тыла Израиля или информацию о безопасности конкретного города.

Украина улучшила показатели, но война никуда не исчезла

В новом исследовании есть деталь, которая теряется за сообщением о четвёртом месте с конца. Украина улучшила совокупный показатель на 3,6% относительно предыдущего выпуска индекса — наиболее заметное улучшение в своём регионе.

По оценке исследователей, показатели продолжающегося конфликта улучшились на 3,8%, а общественной безопасности — на 4,9%. При этом ситуация по группе показателей милитаризации практически не изменилась.

Эти проценты нельзя переводить в число спасённых жизней или объявлять доказательством того, что война становится менее разрушительной. Индекс объединяет сведения разных периодов и категорий. Улучшение итогового балла не отменяет российских ракет, ударных беспилотников, оккупации украинских территорий и разрушения энергетической инфраструктуры.

Для жителей Израиля понятна сама разница между статистикой и личным опытом. Число ракетных тревог может снизиться по сравнению с предыдущим периодом, но одна ракета, попавшая в жилой дом, перечеркнёт ощущение безопасности у сотен семей.

В Украине к этому добавляется постоянная война на собственной территории. Российская армия удерживает оккупированные районы, а украинские города подвергаются ударам далеко от линии фронта. Поэтому даже улучшение ряда международных индикаторов не означает возвращения страны к мирной жизни.

Израиль: сильная армия не гарантирует высокого места в индексе мира

Израиль занял 159-е место, оказавшись в самом низу регионального рейтинга Ближнего Востока и Северной Африки, выше лишь Судана. Для страны с высокотехнологичной экономикой, развитой медициной и мощными вооружёнными силами результат может выглядеть неожиданным. Но исследование не измеряет эффективность израильского государства.

Оно фиксирует последствия продолжительного вооружённого противостояния.

После 7 октября 2023 года израильское общество пережило массовую мобилизацию резервистов, эвакуацию жителей приграничных районов, войну против ХАМАСа, обстрелы со стороны «Хезболлы», атаки хуситов и прямое военное противостояние с Ираном.

Речь идёт не только о расходах государственного бюджета. Резервист, которого призывают на месяцы, одновременно отсутствует на работе, в семье и в гражданской экономике. Закрытая школа или эвакуированный населённый пункт — тоже последствия войны, даже если в данный день там не было обстрела.

Разумеется, каждый из этих факторов имеет собственный вес в международной статистике. Нельзя утверждать, будто исследователи непосредственно складывают стоимость закрытых школ с количеством ракет. Но за обобщёнными показателями стоят именно такие изменения общественной жизни.

Отдельная сложность связана с периодами наблюдения. Global Peace Index 2026 не является ежедневным мониторингом и не охватывает целиком события осени 2026 года. Сравнивать его позиции с новостями октября без учёта этой задержки было бы некорректно.

От Киева до Тель-Авива: почему похожие цифры скрывают разные войны

Украина и Израиль действительно сталкиваются с ракетными ударами, беспилотниками, угрозами гражданскому населению и необходимостью постоянно содержать вооружённые силы в боевой готовности. Но сходство на этом не заканчивается и не превращает две войны в одну.

Россия ведёт полномасштабное вторжение в Украину, стремясь удерживать захваченные территории и навязывать Киеву собственные условия. Украинская экономика потеряла предприятия, земли, логистические маршруты и миллионы работников, вынужденных покинуть свои дома.

Израиль противостоит вооружённым организациям и государственным угрозам на нескольких направлениях. Его противники, география боевых действий, военные возможности и положение гражданского населения отличаются от украинских.

Особенно опасно механически сравнивать устойчивость двух обществ. Израиль сохраняет значительную часть собственной производственной и технологической инфраструктуры, несмотря на военные издержки. Украина ведёт борьбу в условиях оккупации части территории и постоянного разрушения объектов, необходимых для работы экономики.

Новый индекс подтверждает необходимость осторожного сравнения: близкие места в международной таблице ещё не означают одинаковых обстоятельств.

Для НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency это прежде всего вопрос точности. Когда украинские и израильские истории оказываются рядом в одной статистике, важно не стирать различия между ними ради эффектного заголовка.

Россия последняя. Но индекс не является приговором за агрессию

Россия заняла последнее место в Global Peace Index, уступив даже Судану и Демократической Республике Конго по совокупному уровню миролюбия.

Её положение связано с масштабом вооружённого конфликта, милитаризацией и другими показателями, которые учитываются международными исследователями. Это не юридическая квалификация действий российского руководства и не отдельная санкционная оценка.

Однако ответственность за начало полномасштабного вторжения в Украину не определяется рейтингом. Международный суд ООН ещё в марте 2022 года предписал России приостановить военные операции, а Генеральная Ассамблея ООН потребовала прекращения вторжения и вывода российских войск.

Поэтому соседство Украины и России в нижней части индекса не должно превращаться в утверждение об их равной ответственности. Одна страна подверглась вторжению, другая его осуществила.

Есть здесь и израильский аспект. Россия развивала военно-техническое сотрудничество с Ираном, получая иранские беспилотники для ударов по Украине, а затем расширяя собственное производство подобных систем. Иран одновременно остаётся одним из главных источников угроз безопасности Израиля.

Это не делает российско-украинскую войну и ближневосточные конфликты единым военным фронтом. Но показывает, почему происходящее в Восточной Европе нельзя рассматривать в полной изоляции от Ближнего Востока.

Мир теряет устойчивость двенадцатый год подряд

Пожалуй, самая тревожная часть Global Peace Index 2026 находится за пределами рейтинга отдельных стран.

По подсчётам исследователей, совокупный мировой показатель миролюбия ухудшился за год на 0,7%. Это двенадцатое последовательное годовое снижение. В 99 странах ситуация ухудшилась, тогда как в 62 странах улучшилась.

В мире насчитывался 61 активный конфликт с участием государств — рекордный уровень со времён Второй мировой войны. Число интернационализированных внутренних конфликтов, когда во внутреннюю войну прямо или косвенно вовлекаются другие государства, выросло с 2010 года на 175%.

За этими данными скрывается изменение характера самой войны. Конфликт всё реже остаётся внутри государственных границ. Через международные поставки оружия, участие иностранных вооружённых формирований, миграцию, торговлю и политические союзы последствия боевых действий распространяются значительно дальше фронта.

Отдельное внимание исследователи уделили беспилотникам и искусственному интеллекту. Дроны сделали высокоточные удары доступнее, а автоматизированные системы ускоряют обнаружение и поражение целей. Международные механизмы контроля при этом развиваются медленнее самих технологий.

Украина и Израиль знают эту проблему не по теоретическим докладам. В обеих странах беспилотники стали частью ежедневной военной реальности, а технологии противодействия им — одним из важнейших направлений обороны.

Но распространение доступного вооружения касается и государств, которые сегодня не ведут войну. Чем проще перенести средства поражения через границы, тем труднее поддерживать прежнюю систему региональной безопасности.

Цена насилия — 21,8 триллиона долларов

Экономические последствия насилия в мире за 2025 год авторы доклада оценили в 21,8 триллиона долларов — на 3,2% больше, чем годом ранее. Это не сумма непосредственного ущерба от разрушенных зданий. Расчёт включает военные расходы, обеспечение внутренней безопасности и другие прямые и косвенные издержки насилия.

На военные расходы приходится 43,3% этой оценки, на внутреннюю безопасность — ещё 29,1%. Вместе эти категории формируют почти три четверти экономического бремени.

Здесь возникает парадокс, хорошо знакомый как Израилю, так и Украине. Деньги, направленные на оборону, способны спасти жизни и обеспечить существование государства. Но эти же ресурсы уже невозможно одновременно вложить в строительство больниц, развитие транспорта или образование.

Для Израиля этот выбор осложняется длительными резервистскими сборами и необходимостью финансировать противовоздушную оборону. Для Украины — необходимостью одновременно содержать армию, восстанавливать энергетику и поддерживать базовые государственные услуги.

Международный индекс не отвечает, какой объём оборонных расходов оправдан. Он фиксирует, насколько дорого миру обходится отсутствие устойчивой безопасности.

Мирные соседи Украины и неспокойный регион Израиля

География рейтинга даёт ещё один повод задуматься.

Украина находится рядом с государствами, занимающими значительно более высокие места: Венгрия — 15-е, Польша — 22-е, Словакия — 29-е, Румыния — 45-е, Молдова — 55-е. Военное положение Украины резко выделяется на их фоне, хотя последствия российского вторжения ощутимы во всей Восточной Европе.

У Израиля иная региональная картина. Иордания находится на 68-м месте, Египет — на 113-м, Ливан — на 131-м, Иран — на 144-м, Сирия — на 155-м. Ближний Восток и Северная Африка в целом остаются регионом с наиболее низким уровнем миролюбия.

При этом положение соседей нельзя объяснять исключительно географией. Государство может граничить с зоной конфликта, сохраняя более благоприятные показатели благодаря отсутствию масштабных боевых действий на собственной территории.

Израиль же непосредственно вовлечён в вооружённое противостояние. Украина стала территорией одной из крупнейших войн современной Европы.

Обе ситуации требуют собственной истории и собственного объяснения.

Что будет дальше — и чего индекс предсказать не может

Есть соблазн посмотреть на эти цифры как на прогноз: если Украина улучшила показатель, значит, мир приближается; если Израиль остаётся в конце списка, значит, впереди новые войны. Исследование такого вывода не позволяет.

Global Peace Index описывает уже накопленные условия безопасности. Он не называет дату прекращения огня, не предсказывает решения Кремля или Тегерана и не определяет вероятность следующей военной операции.

Возможны разные сценарии. Прекращение боевых действий может постепенно улучшить показатели, но разрушенная инфраструктура, перемещение населения, политическая нестабильность и милитаризация ещё долго будут влиять на положение стран. А новое обострение способно изменить картину в противоположном направлении.

Именно поэтому место в рейтинге следует воспринимать не как окончательный диагноз, а как один из инструментов наблюдения за международной безопасностью.

Не все, кто оказался в конце списка, одинаково ответственны за войну

8 октября украинские СМИ вновь обратили внимание на положение Украины в Global Peace Index 2026. Сам доклад был опубликован ещё в июне, и его цифры не отражают полностью события последних месяцев.

Но за прошедшее время главный вопрос, который ставит этот рейтинг, никуда не исчез.

Как оценивать мир в государстве, которое вынуждено защищаться? Насколько показателен уровень милитаризации, если сокращение армии сделает граждан ещё более уязвимыми? И можно ли одной статистической шкалой описывать положение страны, подвергшейся вторжению, и страны, которая это вторжение начала?

Для Украины и Израиля такие вопросы не абстрактны. Они касаются безопасности семей, способности экономики пережить войну и права людей планировать жизнь дальше ближайшей воздушной тревоги.

Рейтинг фиксирует последствия войны, но не объясняет их моральную и политическую природу. Эту работу должны выполнять журналисты, исследователи и сами общества.

А главный вывод исследования выходит далеко за пределы двух стран: мир всё больше тратит на защиту от насилия, но от этого пока не становится мирнее.