7 ноября 2026 года иранское военно-информационное агентство DefaPress опубликовало материал, в котором Украина названа участником фронта противников Ирана. Киев обвиняют в отправке «наёмников» на Ближний Восток, сотрудничестве с американскими и израильскими военными, поддержке вооружённых группировок в Сирии и Мали, а также нападении на иранское судно в Каспийском море. Публикация заканчивается предупреждением о последствиях для безопасности и территориальной целостности Украины.
Автор: Лев Варшавский, НАновости
За резкими формулировками стоят события, которые действительно происходили в течение 2026 года. Украинские специалисты помогают странам Ближнего Востока противодействовать беспилотникам, американские военные используют украинские разработки, а между Киевом и Тегераном уже возникал опасный конфликт после гибели иранского моряка.
Однако из этих фактов иранское издание делает выводы, которых сами представленные доказательства не подтверждают. Особенно это касается утверждения о «наёмниках» и якобы непосредственном участии Украины в войне Израиля и США против Ирана.
Откуда взялись 228 украинских «наёмников»
20 марта президент Украины Владимир Зеленский сообщил, что в странах Ближнего Востока работают 228 украинских специалистов по борьбе с беспилотниками. Их направили в Саудовскую Аравию, Объединённые Арабские Эмираты, Катар, Кувейт и Иорданию.
По сообщениям Reuters, украинские подразделения помогают защищать гражданскую и критическую инфраструктуру от иранских Shahed. Координацией занимается Совет национальной безопасности и обороны Украины, а дальнейшее сотрудничество обсуждается на государственном уровне.
Для Киева такая деятельность имеет практический смысл. За годы российской войны украинская армия накопила большой опыт обнаружения и уничтожения сравнительно дешёвых ударных беспилотников. Теперь этот опыт востребован странами, которые столкнулись с аналогичными атаками со стороны Ирана.
22 апреля Reuters сообщило ещё об одном обстоятельстве. На американской авиабазе принца Султана в Саудовской Аравии была развёрнута украинская система Sky Map. Украинские военные обучали американских специалистов работе с этой платформой, объединяющей информацию от радаров, акустических датчиков и других средств обнаружения воздушных целей.
Разработчик Sky Map, украинская компания Sky Fortress, создал в Украине сеть из более чем 10 тысяч акустических датчиков. Благодаря подобным технологиям можно раньше обнаруживать приближающиеся беспилотники и выбирать средства перехвата, не расходуя дорогостоящие зенитные ракеты на каждую сравнительно дешёвую цель.
Именно эти подтверждённые сведения DefaPress использует как основание для обвинений. В иранской публикации противодроновая помощь трактуется как участие Киева в военных действиях против Тегерана.
Но слово «наёмники» имеет вполне конкретное юридическое значение. Статья 47 Дополнительного протокола I к Женевским конвенциям предусматривает совокупность условий, включая непосредственное участие в боевых действиях, преимущественно корыстную мотивацию и отсутствие официального направления государством в качестве военнослужащего.
DefaPress не приводит доказательств выполнения этих условий. Более того, официально направленные украинские военнослужащие и инструкторы не становятся наёмниками только потому, что работают за пределами Украины.
Почему в обвинениях появился Израиль
23 июля 2025 года в Киеве встретились министры иностранных дел Израиля и Украины Гидеон Саар и Андрей Сибига. По итогам переговоров стороны объявили о намерении начать отдельный стратегический диалог по иранской угрозе.
Для Израиля эта договорённость имела непосредственное отношение к безопасности. Иранские беспилотники и ракеты представляют угрозу израильским городам и военным объектам. Для Украины те же технологии давно стали частью российских ударов по энергетике, промышленности и жилым районам.
В результате у двух стран возникла общая сфера интересов: обнаружение беспилотников, снижение стоимости перехвата, совершенствование систем предупреждения и изучение возможностей противодействия иранским вооружениям.
7 июня 2026 года израильский Институт исследований национальной безопасности INSS опубликовал исследование Георгия Пороскуна о расширении украинского присутствия на Ближнем Востоке.
Автор отмечал растущую роль Украины в региональной безопасности и рекомендовал Израилю активнее использовать её практический опыт. Одновременно он указывал на ограниченность существующего сотрудничества и необходимость осторожного профессионального диалога между государствами.
Иранское издание ссылается на тот же материал, но представляет украинско-израильские контакты как свидетельство сложившегося военного взаимодействия против Тегерана.
Разница существенная. Договорённость об обмене информацией и технологиями не доказывает существования совместного командования, согласованных наступательных операций или участия украинских подразделений в израильских ударах по Ирану.
Это особенно важно для израильских читателей. Израиль заинтересован в технологиях, позволяющих эффективнее защищать население от воздушных атак. Украина обладает соответствующим опытом, но военное сотрудничество двух государств имеет собственные политические ограничения и не сводится к иранским обвинениям.
Сирия, Мали и Каспий: что Тегеран поставил в один ряд
DefaPress обращается и к событиям, которые непосредственно не связаны с противодроновой защитой Израиля.
В исследовании INSS говорится, что украинская военная разведка ещё в 2024 году помогала беспилотниками штабу группировки «Хайят Тахрир аш-Шам» в сирийском Идлибе. Эти контакты рассматриваются в контексте противостояния Украины российскому военному присутствию в Сирии.
После падения режима Башара Асада Киев начал развивать отношения с новыми сирийскими властями. 5 апреля 2026 года Зеленский посетил Дамаск и встретился с президентом Ахмедом аш-Шараа.
Иранская публикация интерпретирует эту историю как поддержку экстремистских сил ради интересов Израиля. Однако приведённое исследование INSS не устанавливает, что украинские действия в Сирии осуществлялись по поручению израильского руководства.
Похожим образом DefaPress использует расследование CNN от 12 сентября 2026 года. Журналисты сообщили о примерно 15 украинских специалистах по беспилотникам, помогавших повстанческим силам на севере Мали противостоять российским военным.
Речь шла о стране в Западной Африке, в регионе Сахель, а не на Африканском Роге, как ошибочно указано в иранской статье. CNN описывало расширение украинского противостояния российским силам за пределами Европы. DefaPress использует эти сведения для обвинений Киева в распространении терроризма.
Наиболее опасный эпизод произошёл значительно ближе к Ирану.
25 июля 2026 года Тегеран сообщил, что украинский удар по иранскому коммерческому судну в Каспийском море привёл к гибели одного моряка и ранению другого. Иранская сторона утверждала, что судно перевозило гражданский груз. Украина сообщала об ударах по объектам российской военной логистики и судам, связанным с перевозкой иранских военных грузов.
Обстоятельства конкретного поражения и характер груза остаются предметом разногласий. Но сама гибель моряка превратила конфликт в дипломатический кризис.
28 июля The New York Times сообщила со ссылкой на иранских и западных чиновников, что Тегеран рассматривал возможность ответного удара баллистической ракетой по украинскому черноморскому порту. Предполагалось ограниченное поражение объекта, но даже такой удар создавал риск дальнейшей эскалации.
После телефонного разговора министров иностранных дел Андрея Сибиги и Аббаса Арагчи напряжённость снизилась. В августе иранский политик Мохсен Резаи публично заявил, что были подготовлены удары по трём украинским объектам, но решение об атаке отменили. Независимых доказательств утверждённого военного плана представлено не было.
НАновости ранее подробно разбирали угрозу иранского удара по Украине, а также попытку Тегерана объединить действия Израиля и Украины в Каспийском море в одну политическую претензию.
Ноябрьская публикация DefaPress продолжает эту линию, хотя новых доказательств подготовки удара по Украине не содержит.
Где в этой истории Россия и почему возник вопрос Patriot
Иранское издание практически не рассматривает обстоятельство, из-за которого Украина вообще получила столь большой опыт противодействия Shahed: Россия годами использовала беспилотники иранской разработки для атак на украинские города и инфраструктуру.
Сотрудничество Москвы и Тегерана не ограничивается этими аппаратами.
7 апреля Reuters опубликовало сведения украинской разведки о предоставлении Россией спутниковых изображений и киберподдержки Ирану. Согласно оценке, российские спутники наблюдали за военными объектами и критической инфраструктурой в странах Ближнего Востока, включая американские базы.
Западные и региональные источники Reuters подтвердили повышенную российскую спутниковую активность и сообщения об обмене изображениями. Однако сами спутниковые наблюдения не позволяют установить все обстоятельства предполагаемой помощи при выборе целей.
Для Киева это дополнительное объяснение необходимости сотрудничества с партнёрами на Ближнем Востоке. Российско-иранские военные связи затрагивают безопасность Украины, а украинские противодроновые технологии становятся полезны государствам, подвергающимся иранским атакам.
Есть и морское измерение. 7 ноября НАновости сообщили о создании американской группы Task Force Iron Gate — «Железные ворота», предназначенной для противодействия военным поставкам и подсанкционной логистике Ирана.
В нашем анализе проекта «Железные ворота» отдельно рассматривается Каспийское море, через которое проходят транспортные маршруты между Россией и Ираном. Совпадение дат американского объявления и публикации DefaPress само по себе не доказывает связи между ними, но показывает, насколько важным стал этот регион для нескольких конфликтов одновременно.
В заключительной части своей статьи иранское агентство обращается к болезненной для Украины проблеме — нехватке ракет Patriot.
30 октября 2026 года США одобрили возможную продажу Украине 500 перехватчиков PAC-3 MSE. Финансирование предполагается за счёт партнёров Украины, однако согласование продажи ещё не означает немедленной поставки. Зеленский предупредил, что получение части вооружений может занять годы.
DefaPress представляет дефицит Patriot как расплату Киева за помощь американцам и израильтянам. Причинная связь здесь не доказана. Дефицит связан с высоким расходом дорогостоящих перехватчиков, ограниченными производственными мощностями и конкурирующими потребностями нескольких государств.
При этом положение Украины действительно создаёт сложный вопрос для её партнёров: страна предоставляет востребованные оборонные технологии, одновременно испытывая острую потребность в вооружениях, необходимых для собственной защиты.
Что означают новые угрозы для Украины и Израиля
К ноябрю 2026 года отношения Ирана и Украины заметно изменились. Помимо прежних разногласий вокруг поставок вооружений России, возникли прямые столкновения интересов на Ближнем Востоке и в Каспийском море.
DefaPress собрал эти события в единую обвинительную конструкцию. Украинские инструкторы представлены как наёмники, противодроновая помощь — как участие в войне против Ирана, а действия против российских военных интересов в Сирии и Африке — как доказательство глобальной враждебной стратегии Киева.
У этой конструкции есть политическая задача: показать украинскую деятельность за пределами Европы как непосредственную угрозу Ирану и тем самым обосновать возможность ответных действий.
Однако публикация военного информационного агентства не равнозначна официальному решению правительства или приказу вооружённым силам. Пока нет оснований утверждать, что Тегеран утвердил новую операцию против Украины.
Для Израиля ситуация имеет практическое значение. Любое усиление сотрудничества с Украиной в области противовоздушной обороны теперь сопровождается риском дальнейшего иранского давления на Киев. В то же время отказ от обмена опытом лишал бы обе страны возможности использовать технологии, уже доказавшие свою полезность в борьбе с беспилотниками.
Предыдущий конфликт вокруг каспийского судна показал, что иранские угрозы способны выйти за рамки информационного противостояния и потребовать срочных дипломатических переговоров.
Нынешняя публикация пока не свидетельствует о начале нового военного кризиса. Но она показывает, что Тегеран всё чаще рассматривает Украину не только как противника своего российского партнёра, но и как самостоятельного участника ближневосточной системы безопасности. И именно это изменение отношения может повлиять на дальнейшие решения Ирана.