- 25 февраля, 2026
- 5:29 пп
- Израиль
Четыре года после начала полномасштабной войны в Украине тема украинских беженцев в Израиле снова вышла в центр общественной повестки — не из-за громкого политического заявления, а из-за цифр, которые трудно игнорировать: бедность, продовольственная неуверенность, короткие продления виз и рост обращений за помощью. Речь идет о людях, которые находятся в стране законно и защищены от депортации, но при этом живут в режиме постоянной временности.
Источник — публикация Israel Hayom от 24 февраля 2026 года со ссылкой на новый доклад организации помощи беженцам АСАФ (Ас.Ф.) в Израиле; именно из этой публикации взяты все ключевые данные и цифры ниже.
Сюжет важен не только для украинской аудитории. Для Израиля это уже история про устойчивость социальной системы, рынок труда, муниципальную нагрузку и риски эксплуатации людей, которые формально находятся под защитой, но фактически выпали из нормальной системы долгосрочной поддержки. И да, это тот случай, когда юридическая защита без социальных механизмов перестает работать как полноценная защита.
Что именно говорится в материале Israel Hayom и почему эти цифры звучат тревожно
По данным, приведенным в статье, в Израиле сейчас живут около 23 тысяч граждан Украины, которые находятся под временной групповой защитой, но не признаны беженцами и не имеют базовых социальных прав. Это ключевая рамка всей истории: люди не «вне закона», но и не встроены в систему так, чтобы можно было говорить о нормальной стабильной жизни.
Из этих примерно 23 тысяч около 14 тысяч прибыли в Израиль после 24 февраля 2022 года. Остальные находились в стране и раньше — как трудовые мигранты или люди без урегулированного статуса. В статье отдельно подчеркивается, что все они находятся в Израиле законно и защищены от выдворения из-за угрозы жизни в своей стране.
Но дальше начинается то, что и создает главную проблему: продление разрешений на пребывание происходит на короткие сроки, без долгого горизонта планирования. В публикации указано, что текущая виза/защита была продлена до 31 марта 2026 года. Для семьи с детьми, для женщины, которая снимает жилье, для человека, ищущего работу, это означает одно — жизнь буквально от продления до продления.
Israel Hayom также сопоставляет израильский подход с практикой в Европе и США: там, как отмечается в тексте, защита предоставлялась на год и даже на два года, что создает хотя бы минимальную предсказуемость. На этом фоне израильская модель выглядит как режим постоянной неопределенности.
Бедность, аренда и еда: где именно ломается повседневная жизнь
Самые сильные цифры в статье — это блок про повседневную выживаемость, особенно женщин.
По данным, приведенным в материале:
79% украинских женщин в Израиле живут в бедности;
около 70% зарплаты уходит на аренду жилья;
только около 30% живут в условиях продовольственной безопасности.
Это уже не просто «сложно». Это структура, в которой после оплаты жилья денег почти не остается на еду, медицину, транспорт, детские нужды и любые непредвиденные расходы. А непредвиденные расходы в реальной жизни — это не редкость, это стандарт.
В статье есть и более детальная разбивка по продовольственной ситуации: примерно половина женщин находится в состоянии умеренной продовольственной неуверенности, а около пятой части — в состоянии тяжелой продовольственной неуверенности. То есть речь идет не только о снижении качества жизни, а о прямом риске гуманитарного неблагополучия внутри страны, которая сама находится в длительном военном и экономическом напряжении.
Рынок труда, серые зоны и рост риска эксплуатации после 7 октября
Отдельный и очень важный блок материала — занятость. В статье говорится, что в выборке примерно из (опрошенных — ред.) 110 женщин около трети работают нелегально, а многие совмещают легальную и нелегальную занятость. Основные сферы — уборка, уход (сиделки/сфера ухода), обслуживание/техническая поддержка, то есть сегменты, где риск трудовой эксплуатации традиционно выше.
Это надо читать без морализаторства. Для многих это не вопрос «выбора», а вопрос выживания в системе, где официальные возможности ограничены, расходы высокие, а долгосрочной опоры нет. Когда у человека короткое продление, дорогая аренда и нестабильная занятость, он почти неизбежно оказывается в серой зоне рынка труда.
В публикации прямо сказано, что потеря рабочих мест после начала войны в Израиле и отсутствие «сетки безопасности» подталкивают женщин к крайним ситуациям и усиливают риск эксплуатации, торговли людьми и так называемой survival prostitution (проституции выживания). Это одна из самых жестких формулировок материала, и именно она выводит тему за пределы бюрократического спора о статусах.
Почему 7 октября стал второй точкой удара для украинских беженцев
Israel Hayom приводит еще одну показательную цифру: с 7 октября 2023 года количество обращений за помощью в организацию выросло примерно на 70%. По сути, это индикатор резкого ухудшения положения — и финансового, и психологического.
В статье это описывается как «двойная травма»: сначала война в Украине и опыт бегства, а затем война в Израиле, которая заново активирует травматические переживания и одновременно сокращает источники дохода и поддержки. Плюс в публикации отмечается, что война в Израиле затронула и саму общину — в тексте упоминаются жертвы среди сообщества.
И вот здесь тема уже перестает быть «узкой». Потому что она касается не только украинцев, а того, как израильская система в целом работает с долгими гуманитарными кризисами в условиях собственной войны. Это вопрос для министерств, муниципалитетов, НКО, работодателей и для общества в целом.
В этом контексте НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency видит в истории не только социальный сюжет, но и тест на институциональную зрелость: может ли государство удерживать баланс между безопасностью, миграционной политикой и человеческим минимумом для тех, кто уже находится под его защитой.
Что требует организация АСАФ и что это может изменить на практике
Согласно публикации Israel Hayom, организация призывает власти Израиля принять набор вполне конкретных решений, а не ограничиваться очередным краткосрочным продлением. В статье перечислены основные требования:
Продлить групповую защиту как минимум до конца года
Это не «роскошь» и не политический жест. Это базовая предсказуемость для семей, арендаторов, работодателей и школ. Когда горизонт не 1–2 месяца, а хотя бы до конца года, люди могут принимать решения — от найма жилья до лечения и работы.
Открыть полноценный доступ к медицинскому страхованию для всех возрастов без периода ожидания
Медицинская тема в таких историях часто всплывает поздно, когда ситуация уже запущена. А здесь, по логике доклада и публикации, речь идет о профилактике обвала: если у людей нет доступа к нормальной медицине, проблемы копятся и затем становятся дороже для всех.
Включить беженцев в систему пособий и социальных услуг
Это, вероятно, самый чувствительный пункт с точки зрения внутренней дискуссии в Израиле. Но статья фактически показывает, почему без этого пункта остальные меры работают слабо: если человек защищен от депортации, но не имеет доступа к базовым социальным механизмам, он все равно оказывается в зоне бедности и рисков.
Предоставить помощь с жильем
На фоне цифры про 70% дохода на аренду это выглядит не дополнительной мерой, а центральной. Пока аренда «съедает» зарплату, любые разговоры о стабилизации остаются теорией.
В публикации также приводится позиция генерального директора организации Тали Ааренталь: по ее словам, опыт показывает, что длительное пребывание без социальных прав толкает беженцев к бедности, продовольственной неуверенности и ухудшению физического и психического здоровья; она призывает государство восстановить и расширить механизмы помощи, чтобы обеспечить людям защищенную и достойную жизнь.
Что это значит для Израиля прямо сейчас
Если смотреть холодно, без лозунгов, статья фиксирует простую вещь: временная защита в условиях четырехлетней войны перестала быть краткосрочным режимом. А значит, и инструменты должны быть не «экстренные на месяц», а управленческие и долгосрочные.
Для Израиля это еще и вопрос репутации института защиты. Потому что формула «не депортируем, но и не даем базовой социальной опоры» со временем начинает работать против всех: против людей, против рынка труда, против муниципальных служб и против самой идеи правовой определенности.
Открытый вопрос теперь в том, насколько быстро израильские власти переведут эту тему из режима точечных продлений в режим системного решения. И успеют ли сделать это до следующей даты продления, чтобы тысячи людей снова не зависли между «разрешено остаться» и «невозможно жить».
