Он построил одну из крупнейших энергетических компаний Канады, передал C$250 млн медицине, десятилетиями финансирует украинские проекты, помогает украинским больницам во время российских ударов и стоял у истоков Ukrainian Jewish Encounter. Для Израиля в истории Джеймса Темертея есть ещё одна важная точка — Иерусалим, где при поддержке его фонда появился первый в стране памятник жертвам Голодомора.
Автор — Александр Хмельницкий
11 сентября 2026 года Владимир Зеленский встретился в Торонто с канадским предпринимателем и меценатом украинского происхождения Джеймсом Темертеем. Президент Украины поблагодарил его за многолетнюю поддержку украинцев и отдельно говорил о том, что сегодня особенно важно: ежедневных российских воздушных ударах, угрозе обычной жизни в Украине и необходимости сохранять Украину в центре внимания мира.
«Встретился с предпринимателем и меценатом Джеймсом Темертеем. Благодарю за ощутимую поддержку украинцев и украинок. Это действительно имеет значение — наша община здесь, в Канаде, и канадцы украинского происхождения активно помогают Украине.
Поговорили о ситуации с воздушными ударами, которые россияне с каждым днём усиливают, стремясь нанести максимальный ущерб обычной жизни людей. Обсудили также, что может помочь справиться с существующими вызовами.
Важно, чтобы Украина оставалась в центре внимания мира, и я благодарю каждого, кто этому способствует.» — написал Зеленский в официальном аккаунте 11 сентября 2026.
Если смотреть только на эту встречу, Темертей может показаться ещё одним влиятельным представителем многочисленной украинской диаспоры Канады. Но его история намного шире. Это человек, который десятилетиями вкладывает деньги в украинское образование, исследования Голодомора и историческую память, а параллельно стал одним из ключевых участников большого украинско-еврейского диалога, связанного в том числе с Израилем.
И для меня фамилия Темертея появилась не после фотографии с Зеленским. Я писал в НАновостях о первом в Израиле памятнике жертвам Голодомора, установленном в Иерусалиме. Среди организаций, благодаря которым проект состоялся, был Temerty Foundation, а одним из авторов монумента стала Людмила Темертей — сестра Джеймса, работавшая вместе со скульптором Дэвидом Робинсоном.
НАновости подробно рассказывали об иерусалимском памятнике Голодомору здесь.
Именно поэтому встреча в Торонто стала поводом посмотреть на фигуру Темертея целиком. Оказалось, что линии Украина — Канада — еврейский мир — Израиль пересекаются в его биографии уже несколько десятилетий.
Рождённый на Донбассе
Джеймс Темертей родился в 1941 году на Донбассе. Его семья пережила Голодомор, сталинские репрессии и последующие потрясения XX века. Во время Второй мировой войны семья покинула Украину, а в 1950 году оказалась в Канаде, где Джеймс вырос и впоследствии построил свою деловую карьеру.
Семейная история здесь не фон для красивой биографии. Джеймс и его сестра Людмила выросли в семье людей, для которых советские репрессии были собственным опытом. Их дед Константин Темертей был расстрелян в 1938 году, другие родственники прошли через аресты, депортации и ГУЛАГ, а прабабушка Одарка Терещенко подверглась репрессиям в 1933-м.
Это помогает понять, почему Украина, Голодомор и сохранение исторической памяти позднее заняли такое место в филантропии Темертея. Его интерес к этим темам появился не после полномасштабного российского вторжения в 2022 году и не в результате моды на поддержку Украины. За ним стояла семейная память.
От IBM до Northland Power
В Канаде Темертей получил возможность построить совершенно другую жизнь. После учёбы он более 15 лет работал в IBM в Канаде и США, занимаясь продажами, планированием и управлением.
Затем вместе с женой Луизой он занялся ComputerLand. Один магазин постепенно превратился примерно в 30 точек. Темертей участвовал и в развитии Softchoice, а в 1987 году создал Northland Power, впоследствии ставшую крупной международной энергетической компанией, в том числе в секторе возобновляемой энергетики. Позднее среди его проектов появилась и медицинско-технологическая компания MOLLI Surgical, работающая с технологиями для хирургии рака груди.
В 1997 году Джеймс и Луиза создали Temerty Foundation. Через него семья финансирует медицину, образование, культуру, украинские программы и проекты исторической памяти.
Масштаб этой филантропии хорошо показывает одна цифра. В 2020 году семья Темертей и её фонд передали 250 млн канадских долларов University of Toronto. Медицинский факультет университета после этого получил название Temerty Faculty of Medicine.
Однако для нашей истории важнее другое: Украина появилась в благотворительности Темертея задолго до 2022 года.
Украина была там задолго до большой войны
Темертей участвовал в создании Kyiv Mohyla Business School и возглавлял её консультативный совет, поддерживал Киево-Могилянскую академию и развитие там академических программ. В 2008 году генерал-губернатор Канады, награждая его Орденом Канады, отдельно отметил вклад Темертея в укрепление отношений между Канадой и Украиной.
В 2014 году Temerty Foundation создал в Shevchenko Foundation Temerty Community Development Fund, передав на него C$5 млн. Средства предназначались для поддержки украинских культурных, общественных и образовательных проектов в Канаде.
Отдельным направлением стало исследование Голодомора. При поддержке Temerty Foundation в 2013 году был создан Holodomor Research and Education Consortium — HREC, работающий при Canadian Institute of Ukrainian Studies Университета Альберты. Первоначальный вклад составил C$1,062 млн, а сам центр занялся архивами, исследованиями, образовательными программами и подготовкой специалистов по истории Голодомора.
Для Израиля эта тема остаётся особенно чувствительной. Израиль до сих пор не признал Голодомор геноцидом украинского народа на государственном уровне, хотя сама память об этой трагедии постепенно становится заметнее и в израильском публичном пространстве.
И именно на этом этапе в биографии Темертея появляется линия, которая сначала кажется неожиданной: украинско-еврейские отношения.
Как Темертей оказался в украинско-еврейском диалоге
Здесь действительно возникает вопрос: почему канадский предприниматель украинского происхождения, заработавший состояние на технологиях и энергетике, вообще начал заниматься отношениями украинцев и евреев — причём не ограничился культурными мероприятиями, а вошёл в тяжёлую историческую дискуссию о погромах, Холокосте, Голодоморе, советских репрессиях и национальной памяти.
Сначала важно уточнить: Темертей пришёл сюда не как представитель еврейской общины. В материалах Ukrainian Jewish Encounter и связанных с ней институций он представлен как канадский предприниматель украинского происхождения, родившийся на Донбассе; в одном из биографических материалов UJE говорится и о его православном происхождении. Его интерес к еврейской истории вырос из украинской темы, а не из собственной еврейской идентичности.
И первоначальная идея создать специальную организацию для украинско-еврейского диалога, судя по рассказу самой UJE, возникла не у Темертея в одиночку.
Директор по коммуникациям Ukrainian Jewish Encounter Наталия Федущак рассказывала историю создания организации достаточно подробно. Первыми инициаторами идеи были Альти Родал, Берел Родал и Адриан Каратницкий. Во время встреч и обсуждений они пришли к выводу, что отдельных конференций, контактов и разговоров между украинской и еврейской общинами недостаточно.
Диалог необходимо было, по их выражению, институционализировать — превратить из серии разовых мероприятий в постоянную международную структуру со своей программой, историками, экспертами, исследованиями и долгосрочными проектами.
После этого Родалы и Каратницкий привлекли к обсуждению Джеймса Константина Темертея. Он уже был успешным предпринимателем, крупным украинско-канадским меценатом и человеком, который много лет вкладывал деньги в украинское образование, культуру и сохранение исторической памяти.
И уже вчетвером они начали определять, какой должна быть новая организация и чем именно ей следует заниматься. Из этих обсуждений в 2008 году появилась Ukrainian Jewish Encounter — UJE, «Украинско-еврейская встреча».
Эта последовательность важна. Темертей не был богатым канадцем, который однажды самостоятельно решил создать организацию «про украинцев и евреев». К нему пришли люди, для которых история, национальная идентичность, Украина и еврейско-украинские отношения уже были профессиональной сферой.
Кто предложил Темертею этот проект
Альти Родал родилась в Черновцах — городе, в истории которого украинская, еврейская, румынская, немецкая и другие культуры десятилетиями существовали рядом. Часть образования она получила в Израиле, а затем изучала историю и литературу в Университете Макгилла, Оксфорде и Еврейском университете в Иерусалиме. Позднее преподавала в университетах Монреаля, Оттавы и Оксфорда.
При этом академическая работа была лишь частью её биографии. Более двадцати лет Родал занимала руководящие и консультативные должности в правительстве Канады, в том числе работала в Privy Council Office при федеральном кабинете министров. Она была директором исторических исследований в канадской Комиссии по расследованию деятельности нацистских военных преступников, а её собственные исследования касались еврейской истории, культуры, идентичности и межобщинных отношений.
Поэтому для Альти Родал Холокост, отношения между украинцами и евреями и несовпадающие версии общей истории были не общественным увлечением, а профессиональной областью.
Берел Родал пришёл с другой стороны — государственной стратегии, безопасности и международной политики. Около двадцати лет он занимал высокие должности в правительстве Канады, где работал с внешней политикой, международной торговлей, национальным единством, обороной, безопасностью, экономической и социальной политикой. Он входил и в канадскую команду переговорщиков по соглашению о свободной торговле с США, которое предшествовало NAFTA.
Позднее Родал консультировал бизнес, государственные структуры, аналитические центры и неправительственные организации. Он занимался вопросами национализма, политической идентичности, государственного управления и международной безопасности — то есть хорошо представлял, как исторические конфликты переходят из университетских дискуссий в современную политику.
Третьим инициатором стал Адриан Каратницкий — американский аналитик украинского происхождения и многолетний специалист по Украине и постсоветскому пространству. С 1993 по 2003 год он возглавлял Freedom House, занимался программами поддержки демократических и правозащитных движений в Украине, Беларуси, России, Сербии и других странах, а также участвовал в исследованиях политических реформ в посткоммунистическом мире.
Позднее Каратницкий стал старшим сотрудником Atlantic Council и продолжил заниматься Украиной и её отношениями с Северной Америкой.
Получилась довольно необычная первоначальная команда: историк украинско-еврейских отношений, бывший высокопоставленный канадский стратег, американский специалист по Украине — и крупный предприниматель украинского происхождения, способный дать проекту финансовую устойчивость, международные связи и собственный вес.
Почему Темертей согласился
Для самого Темертея предложение не было совершенно чужой темой. К середине 2000-х Украина уже занимала большое место в его благотворительности. Он поддерживал украинское образование и общественные проекты, Киево-Могилянскую академию и украинскую диаспору Канады, а история его собственной семьи была непосредственно связана с Голодомором и советскими репрессиями.
Получалось, что Родалы и Каратницкий предложили ему расширить уже существующую работу с украинской памятью на ту её часть, которую невозможно полноценно рассказывать без еврейской истории.
Темертей согласился — и не ограничился финансированием.
Здесь важно сопоставить два рассказа самой UJE. Наталия Федущак говорит о первоначальных инициаторах — Альти Родал, Береле Родале и Адриане Каратницком, которые затем привлекли Темертея. Альти Родал, рассказывая уже о следующем этапе, называет четырёх основателей — себя, Берела Родала, Каратницкого и Темертея, которые в 2007–2008 годах совместно формировали миссию организации.
Противоречия здесь нет. Первый рассказ объясняет, откуда возникла идея, второй — кто создал из неё реальную организацию.
Именно тогда возник главный вопрос будущей UJE: что мешает украинцам и евреям понимать друг друга?
Две памяти об одной земле
Основатели пришли к выводу, что проблема не только в трагических событиях прошлого. Не меньшее значение имеют совершенно разные рассказы об этих событиях, которые существуют внутри украинской и еврейской общин и передаются из поколения в поколение.
Альти Родал объясняла, что на протяжении более чем четырёх столетий между украинцами и евреями формировались разные, а временами прямо противоречащие друг другу исторические нарративы. На них влияли империи, войны, национальные движения, смена политических режимов и особенно массовое насилие XX века.
Для еврейской памяти центральными стали погромы, антисемитизм, Холокост и практически полное уничтожение огромного мира восточноевропейского еврейства.
Для украинской — Голодомор, сталинский террор, уничтожение части национальной интеллигенции, борьба за государственность, советские репрессии и собственный опыт существования между несколькими империями и тоталитарными системами.
Эти две картины нередко существовали почти отдельно друг от друга. Более того, одни и те же исторические личности, движения или события украинцы и евреи могли воспринимать диаметрально противоположно.
Сам Темертей позднее вспоминал и ещё одну деталь. В канадской прессе отношения между украинской и еврейской общинами временами описывались едва ли не исключительно через взаимную неприязнь и историческую «ненависть». Такое представление он считал неприемлемым.
Но создатели UJE не решили заменить две конфликтующие версии прошлого третьей, удобной для всех. Их идея была другой: собрать историков разных взглядов и заставить их разбирать спорные вопросы через документы, контекст и профессиональное исследование.
Уже в 2008 году UJE собрала исследователей и общественных деятелей из Северной Америки и Украины, чтобы определить механизм такой работы. Одним из результатов стали экспертные круглые столы по ключевым периодам общей истории, а позднее из этого вырос проект Shared Historical Narrative — «Общий исторический нарратив».
Его задача заключалась не в том, чтобы написать одну «правильную» украинско-еврейскую историю. Речь шла о попытке построить основанное на фактах и одновременно способное к эмпатии описание нескольких столетий совместной жизни — включая мирное сосуществование, культурный обмен, взаимное влияние, но также кризисы, конфликты и насилие.
Темертей стал не просто спонсором
После запуска UJE роль Темертея уже невозможно свести к человеку, который оплатил работу других. Он стал одним из четырёх основателей и председателем организации, а в документах UJE его называют founder and main sponsor — основателем и главным спонсором.
Адриан Каратницкий и Альти Родал стали содиректорами организации, Берел Родал вошёл в её руководство и возглавил консультативный совет. Темертей при этом лично участвовал в международной работе проекта.
И довольно быстро здесь появился Израиль.
В октябре 2010 года Ukrainian Jewish Encounter провела в Иерусалиме большую конференцию Ukrainian Jewish Encounter: Cultural Interaction, Representation and Memory. Темертей открывал её как председатель UJE, Альти Родал и Адриан Каратницкий участвовали как содиректора, а среди приглашённых были исследователи Еврейского университета в Иерусалиме, израильские историки и специалисты по украинской и еврейской истории.
В программу входило и посещение Яд Вашем с отдельным разговором об украинцах — Праведниках народов мира.
То есть проект, который Родалы и Каратницкий когда-то предложили Темертею, довольно быстро превратился и в его собственную многолетнюю работу.
В 2011 году Темертей выделил $1,2 млн Украинскому католическому университету во Львове на три академических направления: украинско-еврейские отношения и межрелигиозный диалог, еврейские исследования в контексте Центральной и Восточной Европы и библейские исследования.
Позднее он выделил ещё $5 млн на современную библиотеку Украинского католического университета, названную в честь митрополита Андрея Шептицкого.
НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency
Шептицкий как ещё один мост
Тема митрополита Андрея Шептицкого постепенно заняла отдельное место в украинско-еврейском диалоге. Глава Украинской греко-католической церкви во время Холокоста помогал спасать евреев, однако вопрос его признания Праведником народов мира в Израиле остаётся нерешённым.
Именно Темертей позднее предложил обратить больше международного внимания на действия Шептицкого и, шире, на историю украинцев, спасавших евреев во время нацистской оккупации.
В 2013 году учреждённая Еврейской конфедерацией Украины медаль митрополита Андрея Шептицкого за вклад в украинско-еврейское взаимопонимание впервые была вручена самому Джеймсу Темертею. На церемонии присутствовали глава УГКЦ Святослав Шевчук, главный раввин Киева и Украины Яков Дов Блайх, бывшие президенты Украины Леонид Кравчук и Виктор Ющенко, дипломаты и представители еврейской общины.
Для Израиля эта история остаётся незаконченной. Несмотря на свидетельства спасённых евреев и многолетние обращения общественных деятелей, Яд Вашем до сих пор не присвоил Шептицкому звание Праведника народов мира.
НАновости подробно рассказывали об этой многолетней борьбе за признание Шептицкого.
Теперь становится понятнее и вся траектория Темертея. Сначала Альти Родал, Берел Родал и Адриан Каратницкий предложили крупному украинско-канадскому меценату превратить украинско-еврейский диалог в постоянную институцию. Он согласился, стал одним из основателей и председателем UJE, а затем начал вкладываться уже в собственные направления этой работы — исследования, университетские программы, конференции и историческую память.
То есть правильнее говорить не о том, что Темертей неожиданно «решил заняться еврейской темой». Его пригласили в проект профессионалы, для которых украинско-еврейская история уже была главным предметом работы. Темертей увидел, что эта история напрямую связана с Украиной, которой он и без того помогал десятилетиями, — и сделал украинско-еврейский диалог одним из заметных направлений собственной филантропии.
НАновости регулярно сталкивались с результатами этой работы и раньше. Например, в августе 2026 года мы писали о финалистах литературной премии UJE «Зустріч», где общая украинско-еврейская история рассматривается не как приложение к национальной истории, а как её неотъемлемая часть.
Материал НАновостей о премии «Зустріч» и пяти финалистах 2026 года.
Иерусалим здесь не случайность
Израильская линия поэтому не является поздним дополнением к деятельности Темертея. Она присутствовала в UJE практически с первых лет работы: конференция в Иерусалиме, Еврейский университет, израильские историки, Яд Вашем, исследования украинско-еврейских отношений и спор вокруг Шептицкого.
А спустя годы эта связь получила уже материальное воплощение рядом с Кнессетом.
Первый в Израиле памятник жертвам Голодомора появился в Wohl Rose Garden, между Кнессетом и Верховным судом. Официальная церемония открытия состоялась 3 декабря 2025 года при участии представителей Украины, Израиля, дипломатического корпуса и украинской общины.
НАновости рассказывали об открытии памятника в Иерусалиме.
Проект был реализован при поддержке Temerty Foundation, города Иерусалима, Посольства Украины, HREC и Всемирного конгресса украинцев. Авторами стали Дэвид Робинсон и Людмила Темертей — сестра Джеймса, которая ещё в 1983 году создала первый памятник жертвам Голодомора в Канаде, в Эдмонтоне.
Так семейная история людей, переживших Голодомор и сталинские репрессии, через десятилетия оказалась материализована в Иерусалиме. Причём памятник появился не на периферии города, а буквально рядом с израильским парламентом.
Поэтому для Израиля история Джеймса Темертея — это уже не рассказ о далёком канадском меценате. Часть памяти его собственной семьи стала частью иерусалимского пространства.
После 2022 года помощь стала уже вопросом выживания
Полномасштабное российское вторжение изменило характер украинской помощи Temerty Foundation. Если раньше значительная часть проектов была связана с образованием, культурой и исторической памятью, после февраля 2022 года деньги всё чаще пошли туда, где они требовались немедленно.
Через UNITED24 Джеймс Темертей перечислил $1 млн на генераторы для украинских больниц, которым необходимо было продолжать работать во время российских ударов по энергетической системе.
Это не осталось символической кампанией. В феврале 2026 года UNITED24 сообщала, что 657 генераторов, закупленных в рамках Light Up Ukraine, продолжали использоваться в украинских медицинских учреждениях во время отключений электричества. Среди крупных доноров программы платформа вновь называла Джеймса Темертея.
Temerty Foundation также одним из первых крупных международных фондов поддержал Фундацию Елены Зеленской. Первый взнос — $500 тысяч — направили на генераторы для больниц, учебных заведений и объектов критической инфраструктуры Харьковской области, а также на помощь более чем двум тысячам вынужденных переселенцев.
В сентябре 2023 года фонд объявил ещё об $1 млн помощи украинским проектам.
Отдельным направлением стала Бородянка. Темертей выделил средства на восстановление разрушенного российского вторжением детского творческо-спортивного центра, которым до войны пользовались дети не только самой Бородянки, но и соседних общин. Офис президента Украины оценивает этот вклад в $1 млн.
Более 200 украинских студентов смогли продолжить учёбу
Есть и менее заметное направление помощи. После начала полномасштабной войны Temerty Foundation выделил C$3,2 млн на программу University of Toronto и Киево-Могилянской академии.
Она позволила принять в Торонто более 200 украинских студентов и до пяти преподавателей, чьи образование и научная работа оказались сорваны войной.
Для кого-то это означало один семестр в Канаде, однако задача программы была намного шире: сохранить людей, исследования и академические связи в ситуации, когда война угрожает не только зданиям университетов, но и целому поколению будущих украинских специалистов.
Именно здесь хорошо виден принцип, по которому Темертей строит свою помощь. Рядом у него существуют генератор для больницы, университетская программа, исследование Голодомора, помощь переселенцам, библиотека, исторический диалог и восстановление разрушенного детского центра.
Контакты уже не ограничиваются гуманитарной сферой
В августе 2025 года Джеймс Темертей встретился с тогдашним руководителем Главного управления разведки Украины Кириллом Будановым. ГУР сообщало, что обсуждались возможные новые направления поддержки военной разведки и участие украинской диаспоры в укреплении обороноспособности Украины.
Сам Темертей тогда говорил о необходимости помогать людям, которые каждый день рискуют жизнью, защищая страну. Подробности возможных проектов публично не раскрывались, поэтому приписывать ему какие-либо конкретные военные программы без подтверждения было бы неправильно.
Однако сам факт такой встречи показывает, насколько далеко его контакты с украинским государством ушли от первоначальной культурной и образовательной благотворительности.
20 августа 2025 года Владимир Зеленский вручил Джеймсу Темертею государственную награду «Национальная легенда Украины».
Через год они встретились уже в Канаде — на совершенно другом этапе войны.
Почему эта встреча происходит сейчас
Нынешний канадский визит Зеленского проходит на фоне усиления российских воздушных атак. Украина пытается одновременно укрепить ПВО, защитить энергетику и подготовиться к очередной зиме.
10 сентября Зеленский встретился с премьер-министром Канады Марком Карни. Стороны подписали декларацию о 100-летнем партнёрстве, документы в сфере обороны и энергетики, а Оттава объявила новые программы поддержки Украины.
Из них C$350 млн предназначены для закупки перехватчиков ПВО через инициативу JUMPSTART. Отдельные средства и гарантии предусмотрены для украинской энергетики, закупки газа, генераторов, восстановления, помощи ветеранам и возвращения похищенных россией украинских детей.
И уже на следующий день Зеленский разговаривал с Темертеем именно о российских воздушных ударах.
Частный меценат, конечно, не способен заменить государственные системы ПВО или военные бюджеты. Но биография Темертея показывает другое: он умеет превращать разговоры о поддержке в конкретные вещи — университетские программы, работающие генераторы, восстановленные здания, научные центры и институции, которые продолжают существовать десятилетиями.
Не просто канадский меценат рядом с Зеленским
Если смотреть только на фотографию из Торонто, легко увидеть очередную встречу президента Украины с влиятельным представителем диаспоры. Но история Джеймса Темертея устроена гораздо сложнее.
Он родился на Донбассе в семье, пережившей Голодомор и советские репрессии. В Канаде стал одним из наиболее успешных предпринимателей страны, построил крупный энергетический бизнес и вложил сотни миллионов долларов в медицину и образование. При этом украинская тема оставалась с ним задолго до большой войны.
Сначала это были Киево-Могилянская академия, украинские проекты Канады, исследования Голодомора и образование. Затем — Ukrainian Jewish Encounter, попытка разобраться с тяжёлой общей историей украинцев и евреев, академические программы, Израиль, Шептицкий.
После 2022 года к этому добавились генераторы для больниц, помощь переселенцам, восстановление Бородянки, поддержка украинских студентов и контакты с государственными структурами Украины.
А у Израиля в этой истории есть свой физический маркер.
Между Кнессетом и Верховным судом сегодня стоит памятник жертвам Голодомора, созданный в том числе благодаря фонду семьи Темертей. Его соавтор — сестра Джеймса, а за самим памятником стоит семейная история людей, переживших тот голод и сталинский террор.
Поэтому встреча Зеленского и Темертея 11 сентября — это не просто один из эпизодов канадского визита президента Украины.
Это встреча с человеком, который на протяжении десятилетий вкладывается одновременно в Украину, сохранение её исторической памяти и разговор с еврейским миром.
И часть построенного им моста уже находится в Израиле.