- 17 января, 2026
- 6:13 пп
- В Мире
Белый дом обсуждает идею расширить мандат так называемого «Совета мира» — структуры, которую в американских планах привязывают к послевоенному управлению Сектором Газа, — на другие кризисные точки, включая Украину и Венесуэлу. Об этом 17 января 2026 года сообщила Financial Times со ссылкой на источники, знакомые с ходом дискуссий.
По словам одного из собеседников издания, в окружении Дональда Трампа этот орган рассматривают как потенциальную альтернативу существующим международным форматам — менее формализованный механизм урегулирования, который мог бы работать там, где, по мнению Вашингтона, ООН слишком медленная или политически заблокирована.
Именно эта «параллельность» и вызывает напряжение у дипломатов. FT пишет, что разговоры о расширении роли Совета насторожили и западных, и арабских представителей: их тревожит перспектива передачи слишком широких полномочий структуре, фактически завязанной на Белый дом и на политическую волю одного президента.
Один из арабских дипломатов, которого цитирует FT, подтверждает: идея обсуждается в регионе, но отношение к ней сдержанное — это «не обычная процедура». Иными словами: непонятно, кто определяет правила, что считается нарушением, как обеспечиваются гарантии, кто несёт ответственность, и где заканчивается «управление восстановлением» и начинается «внешнее управление».
Украинская часть обсуждений выглядит ещё чувствительнее. Высокопоставленный представитель Киева, участвующий в консультациях с США, сказал FT, что в предложениях по завершению войны с россией фигурирует создание отдельного «Совета мира» именно под украинско-российский кейс.
По этой версии, речь может идти о механизме, который будет не просто площадкой для встреч, а органом контроля и гарантий выполнения мирного плана из 20 пунктов. В потенциальный состав, как утверждает источник FT, могут войти представители Украины, Европы, НАТО и россии — формат шире двустороннего и одновременно уже, чем ООН.
В Белом доме пытаются пригасить ажиотаж. Американский чиновник, на которого ссылается FT, заявил в конце недели, что планирование работы «Совета мира» сосредоточено исключительно на Секторе Газа, а разговоры о других направлениях преждевременны. Это похоже на знакомую тактику: держать дверь приоткрытой, не фиксируя обязательств, и одновременно наблюдать за реакцией союзников и оппонентов.
Отдельная интрига — Турция. Пресс-служба турецкого президента поспешила сообщить, что Трамп якобы пригласил Реджепа Тайипа Эрдогана стать учредительным членом «Совета мира». При этом Израиль ранее выступал против участия Турции в подобных конструкциях вокруг Газы — из-за политических разногласий и роли Анкары в региональной повестке.
Американские чиновники на этой неделе подтвердили, что приглашения потенциальным участникам действительно были разосланы в среду, но не уточнили адресатов. Белый дом публично подал инициативу максимально широко: «Весь мир хочет быть частью исторических усилий президента Трампа по достижению мира на Ближнем Востоке».
Если смотреть на исходный «газовский» замысел, то схема выглядит так: повседневное управление анклавом предполагается передать палестинскому технократическому комитету, а «Совет мира» должен курировать процесс как политический и финансовый «зонтик». Наблюдателем/куратором работы технократов, по данным FT, планируют назначить болгарского дипломата Николая Младенова — бывшего министра обороны Болгарии и фигуру с опытом международных миссий.
Состав исполкома Совета, который описывает FT, тоже показателен: госсекретарь США Марко Рубио, спецпосланник президента Стив Виткофф, Джаред Кушнер, бывший премьер-министр Великобритании Тони Блэр, американский бизнесмен Марк Роуэн, глава Всемирного банка Аджай Банга и заместитель советника по нацбезопасности США Роберт Габриэль. Это смесь политики, спецдипломатии, финансов и «управленцев от крупных проектов» — конструкция заведомо заточена под быстрые решения, контроль потоков и PR-эффект.
Размышления и аналитика: что здесь реально «нового»
1) Это не «орган мира», а инструмент управления конфликтом
Ключевой вопрос не в названии, а в функции. Если структура создаётся при Белом доме и под личный бренд Трампа, она неизбежно становится политическим рычагом США. А рычаги работают не только ради «мира», но и ради условий мира.
В этом смысле «Совет мира» выглядит как попытка заменить международное право управляемым менеджментом: быстрые решения, короткие цепочки согласования, ясная вертикаль. Для бизнеса это плюс. Для дипломатии — минное поле.
2) Ускорение — это плюс, но цена может быть высокой
Сильная сторона такой конструкции: скорость. Когда нужно запустить гуманитарную логистику, стабилизировать коммунальную инфраструктуру, наладить финансирование восстановления, классические многосторонние форматы часто буксуют.
Слабая сторона: скорость достигается сокращением «тормозов» — процедур, юридических рамок, публичности, парламентского контроля. Поэтому у дипломатов и возникает страх «слишком широких полномочий»: быстрое управление без чёткой ответственности.
3) Украина и Газа — разные задачи, и это может сломать модель
Газа в американской логике — это одновременно безопасность Израиля, гуманитарная повестка, региональные сделки и восстановление. Украина — это война на истощение с россией и вопрос европейской безопасности. Венесуэла — совсем иная география и набор ставок.
Если один «совет» пытаются натянуть на три разных конфликта, он либо станет декоративным, либо превратится в политический штаб, где решения принимаются не на основе универсальных принципов, а на основе выгодного момента.
4) Главный риск для Украины: «совет» как площадка давления, а не гарантий
Формула «в него могут войти россия и НАТО» звучит красиво, но в реальности ключевой вопрос — что является нарушением и какие санкции следуют за нарушением.
Если у «совета» нет рычагов принуждения (экономических, военных, юридических), то он фиксирует не гарантии, а рамку торга. И тогда Украина рискует оказаться в ситуации, где её будут подталкивать к уступкам ради «быстрого результата», который Белый дом сможет продать как победу.
5) Главный риск для Израиля: состав участников и региональная торговля
Для Израиля вопрос не академический. Любая структура, которая претендует на управление послевоенной Газой, автоматически влияет на:
- кто получает легитимность как «учредитель» и «гарант»
- как распределяются деньги и контроль безопасности
- какие страны получают роль в гуманитарной и гражданской инфраструктуре
- как меняются каналы переговоров с арабскими столицами
Если Турция действительно получает место «учредителя», это станет фактором постоянного напряжения: Анкара будет использовать площадку для давления и публичной политики, а Израиль — для блокировки и противодействия. Итог может быть парадоксальным: «совет мира» станет ещё одной ареной конфликта.
6) Почему США вообще двигаются в эту сторону
Мы видим в этом попытку решить три задачи одновременно:
- снизить зависимость от ООН и Совбеза, где постоянно возникают блокировки
- получить управляемый механизм «сделки + контроля + реконструкции»
- закрепить новую внешнеполитическую философию: меньше институтов, больше персональных договорённостей
Это логика «проекта», а не логика «конвенции». И в 2026 году она, судя по всему, будет усиливаться.
7) Что будет маркером, что всё это не пиар
Есть простой тест. Если у «совета» появятся:
- прозрачные правила членства и выхода
- публичная карта полномочий
- механизм ответственности за нарушения
- понятный источник финансирования и аудит
— тогда это может стать новым инструментом международной практики.
Если же всё останется на уровне «приглашений», списков VIP-участников и туманных формулировок про «исторические усилия» — значит, перед нами в первую очередь политическая вывеска, созданная для управления ожиданиями и торга с союзниками.
Почему это важно именно сейчас
Вашингтон тестирует новую архитектуру влияния: быстрее, жёстче, персонализированнее, чем привычные международные институты. От того, во что это оформится на практике, будет зависеть не только «послезавтра Газы», но и попытки «упаковывать» войны и кризисы дальше — в Европе и на Ближнем Востоке.
И это напрямую касается Израиля: потому что любой устойчивый механизм, который позволяет Белому дому торговаться за «пакеты мира», неизбежно будет включать региональные параметры — безопасность, Сирию, Иран, прокси-группы, санкции, логистику и дипломатические роли в Газе. НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency
