ООН собрала 1004 верифицированных случая сексуального насилия в войне против Украины: 89% отнесены к российским структурам

Самой младшей пережившей изнасилование было четыре года, самой старшей — 82. Но новый доклад ООН показывает и другую, менее известную сторону этой войны: большинство задокументированных пострадавших — мужчины, прежде всего украинские военнопленные. Электрошок половых органов, избиения, принудительное обнажение, угрозы и сексуализированное унижение повторялись в десятках мест содержания — от оккупированных территорий Украины до колоний внутри России.

Автор: Стас Шифер

18 сентября 2026 года Управление Верховного комиссара ООН по правам человека опубликовало отдельный тематический доклад о сексуальном насилии, связанном с полномасштабным нападением России на Украину. Исследование охватывает период с 24 февраля 2022 года по 31 июля 2026-го и основано прежде всего на конфиденциальных интервью с освобожденными пленными, гражданскими заключенными и людьми, выехавшими с оккупированных территорий, а также на судебных документах, официальных материалах и других проверенных данных- вот он —  Полный тематический доклад ООН

Цифра, которая первой бросается в глаза, — 1004 случая. Но здесь надо остановиться, иначе смысл отчета легко исказить. ООН считает не количество отдельных эпизодов насилия, а количество верифицированных кейсов пострадавших. Один человек мог пережить изнасилование, пытки, принудительное обнажение и другие формы сексуального насилия много раз, иногда в нескольких разных местах заключения. Поэтому 1004 — это не «всего тысяча эпизодов». Реальное количество отдельных актов из этого отчета вообще невозможно посчитать.

Еще одна поправка к цифре: 984 кейса относятся непосредственно к периоду после 24 февраля 2022 года, а еще 20 произошли раньше, в 2014–2022 годах, но были впервые задокументированы ООН уже во время нынешнего отчетного периода. То есть перед нами не полная статистика преступлений, а только массив случаев, которые наблюдатели смогли проверить по своим стандартам.

892 случая ООН относит к представителям российских властей

Из 1004 верифицированных случаев 892, или 89%, ООН связывает с представителями властей Российской Федерации. В этой группе — 725 мужчин, 151 женщина, 14 девочек и два мальчика. Среди названных в докладе структур — российские вооруженные силы, Федеральная служба исполнения наказаний, ФСБ, а также в отдельных случаях российская полиция, Следственный комитет и другие структуры.

Формулировка здесь имеет значение. Речь не идет о расплывчатом «россияне совершили 89% преступлений». ООН атрибутирует эти случаи конкретно российским государственным структурам и связанным с ними формированиям. Еще 112 случаев — 11% — отнесены к представителям украинских властей. К украинской части доклада мы вернемся отдельно: она есть, и прятать ее было бы просто нечестно.

Самая неожиданная для человека, который представляет сексуальное насилие на войне исключительно как изнасилование женщин, цифра находится дальше. ООН после освобождения конфиденциально опросила 915 украинских военнопленных и удерживавшихся медицинских работников. Среди них было 879 мужчин и 36 женщин. 572 человека — 63% опрошенных — дали последовательные и подробные свидетельства сексуального насилия. Из этих 572 человек 545 были мужчинами.

Вот почему в общем массиве ООН мужчин больше женщин. Это не означает, что женщины на оккупированных территориях сталкиваются с меньшей угрозой. Просто огромный пласт задокументированного насилия оказался связан с российским пленом, тюрьмами и допросами, а среди пленных преобладают мужчины.

Для израильского читателя здесь стоит расшифровать еще один термин из доклада. «Удерживаемый медицинский персонал» — не совсем то же самое, что военнопленные. Женевская конвенция предусматривает отдельный статус для военных медиков: их можно удерживать лишь в ограниченных обстоятельствах, например если их работа необходима для лечения пленных, при этом они должны пользоваться как минимум теми же гарантиями защиты, что и военнопленные. В отчете ООН эти люди рассматриваются рядом с POW именно потому, что условия их российского плена и зафиксированные нарушения пересекаются.

«Тапик», приемка в тюрьме и насилие, которое повторялось снова

Формы насилия в российском плену были разными. ООН задокументировала изнасилования и попытки изнасилования, сексуализированные издевательства, удары по половым органам, принудительное обнажение, избиения и применение электрического тока к обнаженному телу.

155 из 572 пострадавших пленных и медиков — 27% — сообщили об электрошоке половых органов. 246 человек, или 43%, рассказывали об ударах по половым органам. 372 — 65% — подвергались принудительному обнажению. 348 человек, 61%, били или пытали током, когда они находились без одежды. У 428 человек ООН зафиксировала сразу несколько разных форм сексуального насилия.

В докладе несколько раз появляется слово «тапик». Это не тюремный жаргон, придуманный авторами документа, а название советского военно-полевого телефона ТА-57. Его электрогенератор использовали для пыток током. И по массиву интервью это уже выглядит не как случайная импровизация одного охранника: о такой практике сообщили десятки освобожденных людей.

Повторяемость здесь, пожалуй, говорит больше любой отдельной истории. Из 572 украинских военнопленных и медиков 413 — 72% — подвергались сексуальному насилию неоднократно. Еще у 274 человек, почти у половины этой группы, такое насилие происходило в нескольких разных местах содержания. ООН обнаружила подобные случаи в 83 официальных учреждениях и еще в 81 неофициальном или транзитном месте — на оккупированной территории Украины и в 25 регионах Российской Федерации. В 26 официальных учреждениях было верифицировано не менее десяти пострадавших в каждом.

Это сильно меняет картину. Речь идет не только о том, что мог произойти один допрос где-то в подвале после захвата. Свидетельства идут через разные этапы: пленение, перевозку, «приемку» в учреждении, допросы, обычные проверки камер, душевые, перемещения внутри тюрьмы и даже период непосредственно перед обменом. ООН сама обращает внимание на повторяемость и сходство методов в разных учреждениях.

НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency уже писали об условиях содержания украинцев в российских тюрьмах. Новый массив ООН добавляет к этой картине отдельный слой: сексуализированная пытка оказывается не периферийным сюжетом, а частью свидетельств сотен освобожденных людей.

Гражданские в заключении: 205 новых случаев после февраля 2022 года

Отдельно ООН рассматривает украинских гражданских, которых российские структуры держали в заключении. За время полномасштабной войны верифицированы 205 таких случаев: 156 мужчин, 48 женщин и один мальчик. Нарушения происходили с марта 2022-го по июнь 2026 года. Еще 19 человек рассказали о насилии, пережитом в местах заключения до полномасштабного вторжения.

Среди 205 пострадавших гражданских заключенных ООН задокументировала 13 переживших изнасилование — девять женщин и четырех мужчин, в том числе две женщины сообщили о групповом изнасиловании. Четверо мужчин пережили попытки изнасилования. В остальных случаях речь шла в том числе о сексуализированных пытках током, избиениях, принудительном обнажении, унижении и угрозах.

У 95 человек сексуальное насилие повторялось неоднократно, 45 подвергались ему в двух и более местах заключения. География — 85 официальных и 65 неофициальных или транзитных мест содержания, десять регионов оккупированной Украины и 20 регионов России. В показаниях снова возникает одна и та же связка: задержание, допрос, требование информации или признания, давление, пытка.

За стенами тюрем картина другая: прежде всего женщины и девочки

В жилых районах оккупированной территории, вне мест заключения, соотношение меняется резко. ООН верифицировала 95 пострадавших после 24 февраля 2022 года: 72 женщины, восемь мужчин, 14 девочек и одного мальчика. Эти случаи произошли с марта 2022-го по декабрь 2025 года.

В этой группе 57 человек сообщили об изнасиловании российскими военнослужащими: 46 женщин, один мужчина и десять девочек. Пятнадцать из них пережили групповое изнасилование. Самой старшей подтвержденной жертве изнасилования было 82 года. Самой младшей — четыре. Три женщины впоследствии родили детей в результате изнасилования.

Эта возрастная граница уже появлялась в материалах НАновостей еще в сентябре 2022 года, когда первые расследования ООН только начинали складывать картину преступлений на освобожденных территориях. Тогда речь также шла о возрасте от четырех до 82 лет. Теперь, спустя четыре года войны, появилось гораздо больше интервью, географии и деталей — но крайние цифры возраста, к сожалению, остались теми же.

ООН приводит истории из Киевской, Херсонской, Запорожской, Харьковской и других областей. В некоторых случаях военнослужащие вселялись в дома местных жителей и насилие продолжалось неделями. В других нападение происходило во время обыска, похищения из дома или прямо по дороге. Организация отдельно пишет: там, где российские подразделения по-прежнему находятся на оккупированной территории, особенно в прифронтовых и недавно захваченных районах, женщины и девочки продолжают оставаться в зоне риска.

Почему 1004 почти наверняка намного меньше реального числа

Здесь сухая статистика упирается в методику. Россия до сих пор не предоставила OHCHR доступ ни к украинским пленным, которых она удерживает, ни к местам их содержания внутри России, ни к оккупированным территориям Украины. Поэтому многих людей миссия может опросить только после обмена, освобождения или выезда.

Есть и другое. Люди не рассказывают о пережитом годами. Причины ООН перечисляет вполне приземленные: травма, стыд, страх общественной стигмы, опасение мести, недоверие к правоохранителям, страх потерять конфиденциальность, сомнение, что расследование вообще даст результат. Для людей на оккупированных территориях существует еще риск, что телефон или переписку контролируют.

Поэтому OHCHR прямо пишет: опубликованные данные значительно недооценивают реальное количество пострадавших. Причем в отчет вошли только те случаи, где собранная информация достигла стандарта ООН «разумных оснований полагать», что события происходили именно так, как их описывает источник, и где было получено согласие на публичное использование обезличенной информации.

И еще одна деталь, без которой цифру 1004 читать нельзя: сексуальное насилие в терминологии ООН — это не только изнасилование. В категорию входят также попытка изнасилования, сексуальное нападение, повреждение половых органов, принудительное обнажение, сексуализированные пытки, принуждение наблюдать за насилием, угрозы и некоторые другие действия сопоставимой тяжести, связанные с вооруженным конфликтом.

В докладе есть и 112 случаев со стороны Украины

Эту часть документа иногда легко потерять за российскими цифрами. Не стоит. ООН верифицировала 112 случаев сексуального насилия со стороны представителей украинских властей — 98 пострадавших мужчин и 14 женщин. Случаев в отношении детей в этом массиве организация не зафиксировала.

Из 881 российского и иностранного военнопленного, которых OHCHR смог опросить в Украине, 63 мужчины — 7% — сообщили о сексуальном насилии. Изнасилований или попыток изнасилования среди этой группы ООН не задокументировала. Речь идет об электрошоке и ударах по половым органам, принудительном обнажении, избиениях обнаженных людей, унижении и угрозах. В 20 из этих 63 случаев сексуальное насилие состояло исключительно из угроз. Большая часть зафиксированных нарушений происходила вскоре после захвата и в неофициальных или транзитных местах содержания.

Еще 49 случаев относятся к гражданским, задержанным украинскими властями по делам, связанным с войной, включая подозрения в государственной измене, диверсиях и коллаборационной деятельности. Изнасилований ООН здесь тоже не зафиксировала, но зафиксировала две попытки изнасилования, два сексуальных нападения, принудительное обнажение, избиения и угрозы. В 34 из 49 случаев речь шла только об угрозах сексуального насилия.

Разница, которую фиксирует сама ООН, есть и в доступе наблюдателей. Украина предоставляет миссии регулярный доступ к российским и другим военнопленным и к официальным местам содержания. После сообщений о пытках в одном из учреждений Офис генпрокурора начал уголовное производство. Но на июль 2026 года OHCHR не было известно ни об одном деле о сексуальном насилии против российских или иностранных военнопленных, которое дошло бы до вручения подозрения. То есть вопрос ответственности остается и к украинской стороне.

По российской стороне формулировка отчета другая: OHCHR заявляет, что не располагает сведениями о каких-либо заметных действиях России по расследованию, уголовному преследованию или иному реагированию на сексуальное насилие со стороны ее представителей. Россия также продолжает отказывать миссии в доступе. Дополнительно ООН обращает внимание на российское законодательство 2023–2024 годов, которое в определенных обстоятельствах позволяет освобождать военнослужащих от уголовной ответственности и, по оценке организации, расширяет пространство для безнаказанности.

Что здесь нужно понимать читателю в Израиле

Есть соблазн прочитать такой отчет как очередной набор военной статистики: 89%, 11%, 572 человека, 95 человек. Но цифры здесь устроены иначе. Они показывают не баланс армий на поле боя, а способность международных наблюдателей добраться до пострадавших и независимо проверить их рассказы.

Это особенно хорошо видно на различии доступа. На подконтрольной Украине территории ООН может приходить в официальные места содержания, конфиденциально разговаривать с российскими пленными и снова проверять учреждения после полученных жалоб. На российской стороне такой возможности нет. Поэтому нельзя брать 892 и 112 и превращать их в простую математическую формулу «во сколько раз одна сторона хуже другой»: выборки и условия документирования не симметричны. Но нельзя делать и противоположный вывод, будто поэтому сами цифры ничего не значат. ООН считает их репрезентативными для обнаруженных ею моделей поведения, хотя и не полным подсчетом всех преступлений.

Для израильской аудитории полезно также различать российскую армию, ФСБ и ФСИН. Значительная часть описанного произошла не непосредственно на поле боя. ФСИН — это российская пенитенциарная система, то есть тюрьмы и колонии. ФСБ — служба безопасности. Когда одинаковые или схожие виды сексуализированной пытки появляются после передачи человека из рук военных в разные учреждения и затем повторяются месяцами, это уже вопрос не только поведения солдата в конкретном населенном пункте. Именно поэтому в докладе так много внимания уделено маршруту человека через всю систему плена.

Украина уже ввела отдельный механизм репараций

В ноябре 2024 года Украина приняла закон о правовой и социальной защите людей, переживших сексуальное насилие, связанное с российской агрессией. Он распространяется на преступления начиная с 20 февраля 2014 года и отдельно охватывает детей, рожденных вследствие такого насилия. В июне 2026-го правительство утвердило порядок реализации программы.

Размер срочной промежуточной выплаты составляет 3000 евро в гривневом эквиваленте по курсу Национального банка Украины на дату назначения. Кроме денег предусмотрены юридическая, медицинская и психосоциальная помощь, а также другие формы поддержки. Финансирование выплаты, по данным украинского Минсоцполитики, должно идти через добровольные взносы международных и национальных партнеров и доноров, а не как дополнительная расходная статья государственного бюджета. Разъяснение Министерства социальной политики Украины

Не 1004 эпизода. И, скорее всего, далеко не 1004 пострадавших

Вот, пожалуй, главный вывод, который позволяет сделать сам документ без журналистского преувеличения. 1004 — это не потолок преступлений и даже не окончательное количество пострадавших. Это 1004 случая, которые ООН смогла проверить и включить в публичный массив при очень жестких ограничениях доступа.

Из них 89% отнесены к российским государственным структурам. Российская часть отличается не только абсолютным количеством. Сотни украинских пленных рассказывают о повторяющемся насилии, десятки — о тех же практиках в нескольких разных учреждениях, а география растягивается от оккупированных областей Украины до 25 регионов России. У гражданских вне заключения другая картина: основными жертвами становятся женщины и девочки, а возраст подтвержденных переживших изнасилование идет от четырех до 82 лет.

ООН одновременно фиксирует нарушения украинской стороны и требует расследовать их. Именно так этот документ и стоит читать — целиком, а не выдергивая удобные проценты. Но пропорции, повторяемость, география и отсутствие доступа в российские учреждения остаются частью того же отчета. И они объясняют, почему тема сексуального насилия в этой войне уже давно не укладывается в несколько наиболее известных историй первых месяцев 2022 года.